— Не знаю, — сказала Лидочка, выпрямляясь и захлопывая дверцу. — Но мне захотелось посмотреть внутри.
— Ох уж эти доморощенные шерлоки и холмсы! — уныло произнес Эдуард Дмитриевич. — Всюду им нужно пальчик сунуть! Ну, пошли в дом, не будем смущать соседей.
«Почему я не вызвала полицию? На что мне сдалась эта машина? — бессмысленно говорила с собой Лидочка. — Подождала бы машина. Это ведь только одна из версий…»
Проницательный Эдуард Дмитриевич, пропуская Лидочку в дверь, спросил:
— Захотелось проверить, не ездил ли кто-нибудь ночью? Правильно, я бы на вашем месте сделал то же самое.
— Не знаю, — сказала Лидочка.
— Я потом проверю, — пообещал Эдуард. — Но нам не было смысла это делать, потому что у нас есть своя машина.
— Это еще ни о чем не говорит, — возразила Лидочка.
— Хорошая мысль.
Валентина все так же стояла у телефона, сняв трубку и держа ее на весу.
— Ну вот, — сказал Василий. — Я же предупреждал.
— Никуда вы от нас не убежите, — сказал Эдуард.
Геннадий в три прыжка одолел лестницу и скрылся в комнате Аллы.
— Хозяин дома, как вижу, так и не объявился, — сказал Эдуард Дмитриевич. — А где его дочка?
Лидочке хотелось спрятать Иришку от бандитов. А спрятать она могла, только солгав.
— Она уехала в Шотландию, — сказала Лидочка. — С родителями своего жениха.
— Вчера вечером?
— Сегодня утром.
— Значит, спрятали от нас ребенка, — вздохнул Эдуард. — А ночью она была здесь?
— Спала она, — поспешила с разъяснениями Валентина. — Нам же сверху слышно. Спала она.
— Эдик, сюда! — Голова Геннадия показалась над перилами лестницы. — Скорее, блин!
— Ждать здесь! — приказал Эдуард и побежал наверх.
Лидочка посмотрела на Валентину. Та поняла и кивнула: давай!
Лидочка тихонько подняла трубку и замерла, потому что забыла номер срочного вызова полиции. Девяносто один? Нет…
Но тут наверху застучали шаги. Лидочка положила трубку на рычаг.
Первым с лестницы скатился Геннадий. Эдуард шел сзади, стараясь сохранять спокойствие.
— Кто? — спросил Геннадий. — Ну кто, суки?
Он был смертельно бледен, вытирал тыльной стороной ладони пот со лба. Рука дрожала.
Геннадий переводил бешеный взгляд с Лидочки на Кошек. Те стояли покорно, стараясь не прогневить бандита.
Лидочка обернулась к Эдуарду Дмитриевичу.