— Я сама пришла, — ответила Иришка голосом трудного подростка.
Инспектор опять замолчал, переводя взгляд с Иришки на родителей. Но так как никто не стал представлять ему девушку, он вопросительно посмотрел на Лидочку.
Лидочка рассказала инспектору о том, что вчера утром приехала бывшая миссис Кошко, и они сговорились с ее приятельницей Галиной Стюарт, что та навестит их в семь часов.
— Есть ли у вас еще знакомые в Лондоне? — спросил инспектор у Аллы.
— Нет, — твердо соврала Алла.
Остальные промолчали. И было понятно — какие бы ни были у Аллы знакомые, она не хотела, чтобы им наносила визиты полиция. Мы, русские, люди второго сорта, опасны, как персы-фундаменталисты.
— Я всего сутки как в Лондоне, — сказала Алла. — И никогда не была здесь прежде.
У нее были светлые, фарфоровые красивые глаза, искусственные и неподвижные, как у чучела.
— Давно ли вы видели свою подругу? — спросил инспектор.
— В прошлом году, — ответила Алла. — В Москве. Я очень ждала этой встречи. Я соскучилась по моей подруге.
Алла вытащила из кармашка джинсов шелковый платочек и осторожно приложила к глазам. Жест был неожиданным, неестественным и демонстративным. Лидочка подумала, что на месте инспектора она тут же заподозрила бы Аллу в соучастии в убийстве лучшей подруги.
— С кем из русской колонии миссис Стюарт поддерживала отношения? — спросил инспектор.
— Я не знаю, — сказал Слава, к которому и был обращен вопрос. — Я с ней не поддерживал отношений. Я вообще ее ни разу здесь не видел. Я встречался с ней несколько лет назад в Москве. Тогда ее звали Галка Величко. Так и скажи этому инквизитору!
Семейство Кошко постепенно теряло контроль над собой. Лидочка подумала, что еще три минуты такой беседы — и все сознаются в убийстве несчастной Галины.
Очевидно, такой финал визита не входил в планы инспектора. Возможно, он как раз собирался на ранний ланч, а тут эти вспыльчивые русские мафиози!
— У меня будет просьба к вам, мистер Кошко, и к вам, миссис Кошко, а также к вам, миссис Берестоу. Если вам станет что-либо известно о связях или знакомствах миссис Стюарт, которые могли бы иметь отношение к ее гибели, я попрошу вас позвонить мне по этому телефону.
Достав из бумажника визитку, инспектор положил ее на журнальный столик. Все посмотрели на визитку, как на скорпиона.
Так как никто не сделал даже попытки проводить инспектора, Лидочка взяла обязанности хозяйки дома на себя. Инспектор пропустил ее в дверь. Василий и Валентина, как вставшие на хвосты моржи, отвалились от двери и втиснулись в чуланчик для щеток под лестницей.
— У вас замечательный английский язык, — сказал инспектор. — Хотел бы я так говорить по-русски.
— У вас все впереди, — подбодрила полицейского Лидочка.
— Я продолжаю ходить на курсы, но нерегулярно. А вы знаете, как важна регулярность при изучении иностранного языка?
Когда он говорил, открывались верхние зубы, и инспектор становился похожим на кролика.
— Да, я представляю, — согласилась Лидочка.
Возможно, инспектор был совершенно искренен — его и в самом деле занимала проблема изучения русского языка. Но Лидочке трудно было в это поверить. Казалось, что инспектор хитрит, притворяется, ожидая, чтобы Лидочка о чем-то проговорилась. И откуда ему знать, что ей не о чем проговариваться.
Лидочка открыла инспектору дверь, чувствуя спиной взгляды соплеменников.
Инспектор изобразил радостную улыбку.
— Я был счастлив с вами познакомиться, — сообщил он. — И у меня есть предчувствие, что это не последняя наша встреча.
— Вы уверены? — без радости спросила Лидочка.
— Если что-то узнаете, позвоните мне, — попросил инспектор Слокам. — Вы не имеете отношения к этому семейству?
— Я здесь гость.