В этот момент мы парили между двумя нашими реальностями, во плоти и отчетливо видимые друг для друга. Он был крупнее, чем я предполагал, судя по портрету, и стоял в центре облицованной камнем комнаты; в окне слева виднелось голубое небо и клочок тучи. Его зеленые глаза, вначале расширенные, теперь прищурились, челюсти сжались.
— Где он? — спросил Далт.
— Здесь, у меня.
— Как удачно! — отреагировал он — и рванулся вперед, по-прежнему сжимая клинок в руке.
Я мгновенно убрал Козырь, но это не прервало контакт. Пришлось вызвать Логрус, и он упал между нами как нож гильотины. Меня отбросило, как от удара током, и единственным утешением было, что Далту досталось не меньше.
— Мерль, в чем дело? — прохрипел Люк. — Я только что видел Далта.
— Да, я вызывал его.
Он слегка приподнял голову.
— Зачем?
— Все рассказать. Ведь Далт — твой друг, не так ли?
— Идиот!.. Это же он так отделал меня!
Люк закашлялся, и я бросился к нему.
— Дай мне воды, — попросил он.
— Сейчас принесу.
Я пошел в ванную и принес ему стакан воды. Он сделал несколько глотков.
— Может, стоило предупредить тебя… Но я не думал… что ты ввяжешься в игру… не зная, что творится…
Люк снова начал кашлять и выпил еще воды.
— Трудно решить, что сказать тебе, и чего не говорить, — наконец признался он.
— А ты расскажи все.
Он слегка покачал головой:
— Нельзя. Тогда ты можешь погибнуть. Вместе со мной.
— Судя по тому, как развиваются события, мы и так оба ходим по краю. Так что раскалывайся, хуже не будет.
Люк слабо улыбнулся и сделал еще глоток.
— Отчасти тут дело сугубо личное, — заявил он затем, — и я не хочу никого в него впутывать.
— Твои попытки убить меня каждую весну — тоже дело сугубо личное, а я почему-то оказался в него впутан.
— Хорошо, хорошо, — поморщился Люк, откидываясь на подушку и поднимая правую руку. — Говорил же тебе: я давно с этим покончил.
— Но покушения продолжались
— Это не моих рук дело.
«Ладно, — сказал я себе, — попытаюсь».
— Значит, виновата Ясра?