- Ну…- Эльза откладывает бритву и берет полотенце – вот и все. – Она аккуратно стирает разводы пены с кожи Нацу и с усмешкой замечает проклюнувшееся раздражение. – Кажется, я была неаккуратна.
- Ты была очень хороша.
- Спасибо, что и ожидалось от меня, – подразнивает она старой присказкой.
Они застывают на мгновение тепло глядя друг другу в глаза. И Эльзе вдруг страшно стыдно за свой неряшливый вид, за спутанные волосы и немытое тело. Ей хочется быть как раньше красивой, хотя и страшно признаться самой себе почему.
- Тут вода есть…- отворачивается Титания. – Я попробую душ принять.
- Ладно, а потом я.
Эльза очень радуется, что отвернулась от Нацу. Эти слова вдруг отчетливо пугают ее. Это…намек? А если и так, то что? Когда еще представится возможность, да и представится ли вообще…
И только сознав о чем она думает, Эльза, залившись краской, идет обследовать подсобки. Душа тут не обнаруживается, зато есть каморка со швабрами и ведрами, в которой есть небольшой напольный поддон со стоком засыпанным песком и короткий шланг с душем. Вода только холодная. Разумеется, котельную никто не топит, но водонапорная башня видно чудом устояла, так что слабый напор еще есть.
Эльза выбирает себе из всего разнообразия парикмахерской флакончик шампуня и, кивнув крутящемуся от нечего делать в кресле, Нацу отправляется в душ. Выбрасывает прочь швабры с ведрами и вешает на крючки снятую одежду. Вода ледяная, но помыть голову и смыть с себя трехнедельный пот и грязь того стоит. И лишь вымывшись, она понимает, что не захватила кое-что важное - полотенце. Крутится в узкой каморке, присматриваясь к куртке, и вдруг бьет себя по лбу!
Через секунду переоблачившись с помощью магии в пижаму и завернув влажные волосы в полотенце, Эльза выходит в зал. Нацу щелкает ножницами, подстригая ногти.
- Я все.
- Ага… Ого! Удобно, – завистливо присвистывает он, оценивающе оглядывая пижаму. Перед тем как залезть в каморку Драгнил предусмотрительно разыскивает себе полотенце.
- Я подумал… - смущенно чешет он затылок. – Может переночуем тут? Тут на втором этаже есть комнаты. Мне кажется, я сто лет не спал в кровати.
Эльза чувствует, как ее щеки чуть горят от румянца. Он ведь сказал комнаты, это совсем не означает, что они… Хотя, кого она обманывает. В глубине души Эльза и сама не верит, что сегодня заснет сном младенца на постели в объятиях Нацу. Она не верит, что всерьез обдумывает перспективу оказаться с Нацу в одной постели не просто что бы поспать. В той, прошлой жизни, один намек на подобное поведение был ей оскорбителен, но сегодня они оба могли погибнуть и могут погибнуть завтра. Это волшебным образом упрощает многие вещи.
- Хорошо. – Кивает она, отводя глаза. На секунду ей кажется, что горят даже уши.
- Хорошо, –эхом повторяет Нацу и, неопределенно хмыкнув, отправляется мыться.
Эльза чувствует, как сердце бешено колотится в груди. Это невероятно, но ее до безумия волнует Нацу Драгнил. Нацу! Привычный вечно шебутной и непредсказуемый мальчишка! Но Эльза не может не признать, что с приходом в их мир драконов в нем что-то неуловимо изменилось. Он стал жестче, взрослее. Он столько раз выручал их, убил уже двух драконов, когда она сама все еще понятия не имеет, как подступиться к этим тварям.
Эльза снимает полотенце и медленно расчесывает влажные волосы. В комнате холодно, но электричества нет, и фен не работает, так что остается довольствоваться только расческой.
Нацу плещется в каморке, и Эльза мимолетно завидует его способности нагревать все вокруг себя, даже ледяную воду.
Она от нечего делать принимается прибираться в зале. Подбирает разбросанные расчески и расставляет в стаканчики, убирает осколки разбитых зеркал. Эльза сама не знает почему, но наведение порядка в этом разоренном салоне приносит ей мрачное облегчение. Следы пребывания людей здесь теперь несомненны, и это греет ее. Если кто-то придет сюда, то увидит…
Но придет ли кто-то?
Эльза со вздохом берется за перевернутый магнитный стенд и ставит его на ножки. Видимо тут приторговывали сувенирчиками для туристов. Некоторые магниты и кулончики валяются на полу, но несколько так и висят на крючках. Эльза поднимает дешевый металлический кулон на простой цепочке и стирает пыль с рисунка.
Ее словно бьют под дых. Дыхание сбивается, а глаза в ужасе распахиваются.
На кулоне знак Совета Великих Магов. Такой знак когда-то носил Джерар…
Дешевый сувенир заставляет вспомнить его так ярко, так четко, как когда-то давно заставляло слово «башня».
Джерар.
Эльза на негнущихся ногах плетется к креслу и садится в него, поджав коленки к груди. Сумасшествие, наваждение, дикость. Когда они с Нацу так одичали, что забыли своих любимых? Забыли кто они. Они – друзья. Где-то там Джерар, быть может сейчас сражается с драконами вместе с магами совета, где-то там Люси, которую они потеряли в гуще битвы.
Как они могут не помнить про них? Как Нацу может целовать ее, Эльзу? Как она может позволять ему делать это?
«Это инстинкты», – решает за двоих Эльза. И если в Нацу сильна его первобытная животная сущность, то в ней сильна воля. И она сможет не допустить между ними того, о чем они будут оба жалеть.
Когда Нацу вываливается из тесной каморки, растирая влажные розовые волосы полотенцем, то вместо пижамы видит на Эльзе привычные непробиваемые стальные латы.