- Я?! Я его впутываю?! – взрывается Нацу и резко дергает ее куртку. Эльза пытается вырвать ткань, но Драгнил уже забирается рукой в карман и швыряет ей на колени прихваченный сувенир.
Эльза вызывающе вздергивает подбородок.
- Наши с Джераром отношения тебя не касаются.
- Отношения? Да, хорошенькие у вас отношения. Знаешь чего не пойму? Почему ты всегда такая умная, проницательная и здравомыслящая превращаешься в близорукую идиотку стоит только речи зайти о Джераре, а?!
- Ты правда хочешь узнать ответ на этот вопрос? – холодно говорит Эльза и смотрит на Драгнила прищурив глаза.
- Ого, какой грозный взгляд! – насмехается Нацу, и Эльза всерьез жалеет что не врезала ему от души, когда была возможность. – Неужели ты про слово на букву «Л»? – вытаращив в поддельном изумлении глаза, кривляется Нацу. Эльза отпихивает его прочь так, что он падает на спину.
Титания выходит под дождь. Ей невыносимо находится с ним, и она идет прочь со всей доступной скоростью. Ей просто нужно остыть, побыть одной, выплеснуть куда-то досаду и гнев. Если Нацу кинется ей вдогонку, она, не ровен час, прибьет его на месте.
Но Драгнил, похоже, тоже исчерпал запасы терпения. За спиной пару раз полыхает алым, но Эльза упрямо не оборачивается. Она одна слоняется по мокрому лесу, пока не останавливается под раскидистым дубом, что потерял уже почти всю листву. Усевшись около ствола на наиболее сухое местечко, Эльза продолжает кипеть от гнева.
Да что он знает! Ребенок, мальчишка! Что он может знать о ней и Джераре?! Ничего! Ни-че-го!
Каким-то уголком души Эльза хочет успокоить себя привычными словами «Это же Нацу. Ну что с него взять – он пацан». Но фальшь от этой мысли слишком очевидна. Нацу уже не мальчишка. Больше нет. Только не в этом мире, где на него возложена миссия чуть не избавителя человечества. Только не в этом мире, где он убивает многотонных чудищ, пробуждая свою магию так, как раньше мог только мечтать.
На секунду Эльза отстраняется от своего вечного девиза «Сделай правильно!» и смотрит на их дорогу отстраненно, будто это не она настояла на том, чтобы идти в Магнолию. Она свято верила, что клятвы данные их городу, повязанные со знаком их гильдии, нельзя нарушать. Это преступно и позорно и совершенно невообразимо. Но сидя на мокрой земле в глухой чаще, чувствуя кожей промозглый воздух леса, Эльза будто наяву слышит голос Джерара.
«…сейчас решается судьба мира, и старые клятвы не имеют силы…»
Так он сказал. Старые клятвы.
Старые, потому что принадлежат старому миру. В котором она была сильнейшей волшебницей гильдии, где следовала правилам и защищала порядок, где железной рукой управляла людьми.
А кто она теперь? Здесь, в этой разоренной стране, захваченной чудовищами подвластными безумцу. Кто она и что она делает? Идет в свой город? Но зачем? Как она может защитить его, если даже не может защитить себя?
Эльза поднимается и бредет обратно к пещере. Нацу там нет, и предположив что он, скорее всего пошел куда-то сбросить пар, Эльза забирается внутрь. Спрятав руки в рукава куртки, она сворачивается в комочек и дрема медленно смарывает ее под несмолкающий шум дождя.
Просыпается она уже привычно рядом с Нацу. Драгнил не обнимает ее, а наоборот лежит отвернувшись словно показывает, что просто не дал ей в очередной раз замерзнуть и не больше.
Эльза поднимается, потягиваясь. Тело от ночевок на твердой земле все ломит и она некстати вспоминает, что эту ночь могла бы провести в постели, если бы не ее собственное упрямство.
- Нацу, ты спишь? – негромко зовет Титания.
- Нет, – глухо отзывается напарник не поворачиваясь.
- Нацу… нам нужно поговорить… Мне кажется… Я подумала…- Эльза чувствует, как ее охватывает дрожь. Что-что, а признаваться в том что была не права, она никогда не умела. – Я хотела…
Видимо почувствовав всю торжественность момента Нацу все таки соизволяет повернуться. Он скептически хмурит брови, явно не понимая к чему ведет этот лепет.
- Я хотела… спросить, – скривившись от собственной малодушности, Эльза отворачивается.
- Что спросить? – зевает Нацу и сладко по-кошачьи потягивается откинувшись на спину. Эльза цепляет взглядом его мускулистый голый живот, сильную грудь под распахнутой жилеткой едва прикрытую шарфом и ее обдает жаром.
- Эм…
Нацу сонно глядит на нее.
- Почему ты пошел со мной?
Вопрос явно застает его врасплох. Из глаз мигом исчезает сонливость и появляется настороженность.
- В смысле?.. – осторожно уточняет он.
- Ты ведь…Ты не хотел идти в Магнолию. То есть, ты понимал, что можно идти в другое место.