Махнул рукой, собирая мусор, оставшийся после развоплощения моих творений, и отправил его в специальный шкаф для утилизации. Скелетов жалко не было, а вот Солнышко… мне будет его не хватать.
Потом прыгнул ещё одним порталом.
Но не к Анфисе. Меня не было целый месяц, и я не знал, готова ли она меня принять спустя столько времени.
Глупо? Да, возможно. Но ничего поделать с собой не могу. Поэтому сначала я решил узнать хоть какую-нибудь информацию.
Вышел прямо перед крыльцом Занфт. Она каким-то чудом оказалась дома — я и забыл, что она ещё учится, а не просто работает сама на себя. Она как раз стояла, укутавшись в шаль, на крыльце и попивала чаёк. Видно, вышла проветриться ненадолго — слишком холодно ещё было для такой лёгкой одежды.
И кто бы знал, как я был рад видеть её живой и здоровой!
Вот только ведьма мне не обрадовалась. Она с визгом кинула в меня чашку, увернуться я не успел — тело хоть и слушалось, но реакции пока были не те…
И только когда эта несносная рыжая ведьма увидела, что чашка с кипятком прилетела мне аккурат в лоб, а не прошла насквозь, начала возмущаться, что вообще-то я мог и предупредить, что не призрак, а вполне себе живой, и утащила в дом. Оказывать первую помощь пострадавшему.
Ожог был пустяковый, царапины — вообще ни о чём, но она настаивала. И нанесла мне на морду лица какую-то противную зелёную жижу.
Кожу будто огнём опалило. Но через несколько минут от повреждений не осталось и следа.
— Ты уже у Анфисы был? — спросила она, убирая зелье на полку.
— Вот об этом я тебя и хотел спросить, — осторожно начал я. — Она меня… ждёт?
И получил кулаком в глаз.
— За что?
— Ой, не дай Тьма с таким же идиотом связаться… — проворчала Маргарита себе под нос и громче добавила: — За тупёж! Она до сих пор тебя оплакивает! Какого Карра ты вообще припёрся ко мне, а не сразу в НИИВ?!
Анфиса Горенко
— Но почему тебя не было всю зиму?.. — я устроилась поудобнее и уткнулась носом Вальтеру в шею.
— Потому что засранец он, — рыкнул кто-то рядом. — Какого… ты из лазарета сбежал?!
Я вздрогнула и обернулась.
Советник с главным императорским лекарем.
— А какого ты не сказал Анфисе, что вообще-то я вполне себе живой? — тут же ощетинился Вальтер.
Леди Тиана закатила глаза.
— Интересно, долго препираться будут? — спросила она у меня.
— Мне другое интересно. До драки дойдёт? — я хищно прищурилась. — А вообще, Валя задал очень хороший вопрос. Какого Карра мне никто ничего не сказал?!
От волны моего гнева у люстры лопнули плафоны. Все пять. И мелкими острыми осколками на огромной скорости полетели во всех направлениях.
Лекарь одним большим прыжком оказалась в другой комнате — сразу виден опыт общения с ведьмами. Вильгельм успел закрыться щитами, Вальтер прижал меня крепче к себе и тоже в последнюю секунду возвёл вокруг нас щит.
— Чую, мне сегодня придётся Катю упрашивать снимать кое с кого кучу проклятий, — пробормотала леди Тиана, с опаской поглядывая на меня.
Советник попытался что-то ответить, но это было до такой степени невнятно и за уши притянуто, что меня не впечатлило.
И проклятием я его всё-таки приложила. Проклятием на ложь.
Есть проклятие на честность — оно заставляет говорить то, что думаешь, не увиливая. А есть проклятие на ложь, обладающее прямо противоположным действием. Под ним человек всё так выворачивает, что до истины в его словах не докопаешься.