Буря (ЛП) : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ты снова ходил во сне?

Он кивнул.

— В этот раз в Торо Исэки. Возле музея и рисового поля, что там устроили. Возле поля с черным рисом, — он раскрыл ладонь, и я заметила слабые красные следы на коже. — В воде был камень Магатама. Он разбился в руке, и я проснулся.

В музее было множество камней похожей формы, что нашли при раскопках, но я понимала, какой камень Томо имел в виду. Тот, что я видела в кошмарах. Ясакани но Магатама, тот, что выманил Аматэрасу из пещеры в мифе о солнечном затмении.

— Может, ты хочешь пить?

Он покачал головой, а я осторожно обхватила ладонями его раненую руку.

— Нужно хотя бы уйти отсюда, пока нас не увидели другие ученики, — он выдавил улыбку, а я потащила его вперед, за ним оставался след чернильных созвездий. Надеюсь, никто не поймет, что это, если заметит.

— Магатама кое-что означает, — сказала я. — Томо, я говорила с братом Юки прошлым вечером о сокровищах.

Я заметила тревогу на лице Томо.

— Слишком опасно вовлекать в это еще кого-то.

— Я говорила с ним только о мифологии, — объяснила я. — К тому же, какая теперь разница, кто знает? Нам нужна помощь. Аматэрасу отдала сокровища первому императору, Джимму. Каждое имело свое значение. Зеркало — честность. И ее зеркало показало Джуну правду, так ведь? Это связано с чернилами.

— Наверное, — сказал он. — Императорская семья — потомки Аматэрасу. Она вполне могла дать Джимму сокровища, чтобы они передавались от Ками к Ками.

— Верно. А Магатама означает любовь.

Томо замер и взглянул на меня.

— Но камень всегда разбит. Это плохой знак, Кэти.

Мой энтузиазм угасал, напомнив мне падение трясогузки, что он рисовал давным-давно. Конечно, это плохой знак. Осколки камня — осколки любви. Это могло означать, что нам придется расстаться, а то и…

«Ты знаешь, что это значит, — прошептал голос в моей голове. — От судьбы не сбежать. Ты предашь его».

— Она не давала ему сокровища, — сказал Томо. — Она давала ему тяжкий груз его судьбы. И с самого первого Ками мы были обречены.

Я молчала, потерпев поражение. Идея оказалась неудачной.

Томо, видимо, ощутил укол вины, потому уже мягче спросил:

— А что означает меч?

— Смелость, — сказала я.

— Это мне нравится. Смелость сейчас мне бы пригодилась.

Я коснулась пальцами его локтя.

— Ты смелый, Томо, — он должен поверить мне. Жить с таким темным секретом, постоянно бороться с ним, чтобы оставаться хорошим, разве это не означало быть смелым? — Да у тебя даже фамилия совпадает с иероглифом «смелость».

Он замер, размышляя над этим.

— Соу ка? — усмехнулся он. — Да, исами. Храбрость. И первый кандзи в юуки, смелости. Не знал, что ты заметила, — кандзи могли читаться по-разному, сочетаясь с другими кандзи, но каждое слово из тех, что я знала, означало смелость и храбрость, если в нем была составляющая «юу».

— Так что смелость у тебя есть, — сказала я, сжимая его руку.

— Но смелости не хватает, — он заговорил шепотом. — Почему я истекаю чернилами?

Я замешкалась.