– Кто ты такая? – голос принадлежал словно не ей, а какой-то другой девушке, уверенной в себе и своих силах, с нотками рычания волка.
На пальце вырос коготь, которым она подцепила подбородок женщины.
– Я, я, – мощь волчицы подавляла волю подчиненной, заставляя ту нехотя склонить голову, она сопротивлялась изо всех сил, недовольно кривя лицо, но не могла не подчиниться чужой власти.
– Моя девочка, – прорычал альфа, все это время стоявший в проеме двери.
Наира отпустила женщину и зарычала на мужчину, недовольная тем, что ее прервали. Вера Николаевна на удивление промолчала и быстро юркнула в свободное пространство в проеме, сбегая от эпицентра силы. Ее колотила дрожь от какого-то неведомого страха, который раньше она никогда не испытывала.
– Королевская кровь все же дает о себе знать, – погладил ее по волосам альфа, – ты все правильно делаешь, пусть стая знает, кто теперь главная альфа-самка.
– О чем ты говоришь, – раздраженно дернула головой и отошла, возмущенная реакцией своей волчицы, – как только драконы выдвинутся в путь, я уйду с ними.
Альфа только хотел крикнуть, что она принадлежит ему, но осекся, натолкнувшись на ее изменившийся взгляд. То был взгляд взрослой уверенной самки, а никак не воробушка, что когда-то не могла выйти из дома без его разрешения. И ему нравилась новая пара. Это будоражило разум и заставляло волка гордиться своей истинной. Это была воистину достойная пара вожака.
– Помнишь, у нас был уговор? – наклонился к ней и интимно прошептал в ухо, отчего волосы ее на висках зашевелились, вызвав табун приятных мурашек по всему телу.
– Помню, – как в трансе произнесла, рассматривая пульсацию вен на его шее, борясь с желание облизать кожу и попробовать его на вкус, так ли он хорош, как и запах.
– Полнолуние только через два дня, так что наше соглашение все еще в силе, – наседал на нее мужчина, удерживая и не давая отвести взгляд.
Ее словно затягивало в омут, так хотелось раствориться в нем, но она с силой зажмурила глаза и резко покачала головой, пытаясь сбросить это наваждение.
– Только два дня, – пришла в себя, – я сдержу свое слово.
– Мне и двух дней хватит, – мягко улыбнулся Альтаир.
Наира с подозрением уставилась на мужчину, ожидая от него какого-то подвоха.
– Что изменилось? – решила спросить у него, размышляя, повлияет ли это на ее решение уйти. Волчица ее активно этому желанию сопротивлялась, что совсем не нравилось ее человеческой половине.
– Наоборот, все встало на свои места, – вдохнул ее аромат, с наслаждением прикрывая слегка глаза, – я хочу, чтобы ты заняла достойное место в клане, подле меня, стала альфой северной волчьей стаи.
– Из-за того, что я золотая? – с иронией посмотрела на него, женская губа дернулась, казалось, в презрении.
– Нет, – слегка двинул головой, – разве ты не поняла, что я хотел тебя себе еще до твоего оборота? Ты стала моим наваждением, девочка, раем для моего волка.
– Слишком поздно, – прикрыла глаза, боясь, что из глаз могут потечь слезу, и не желая демонстрировать слабость.
– Не бывает поздно, поверь, – невесомо коснулся локонов, – наша связь навсегда.
– По уговору в полнолуние мы ее разорвем, – справилась с эмоциями и снова посмотрела глаза в глаза.
– Такого обряда не существует, – огорошил ее этим заявлением, – я соврал.
– Что? – в шоке смотрела, не в силах поверить, что он ее надул.
– Даже если через два дня ты решишь уйти, то вдали от меня тебе будет сложно, волчица будет скулить, а ты страдать, такова уж наша природа, тянуться к истинной паре.
– Невозможно, – даже не услышала последнее предложение, находясь в прострации по поводу обряда.
Оттолкнула Альтаира и рванула по лестнице вниз, громко хлопнув дверью комнаты.
– Рагнар, Рагнар, – кричала изо всех сил, надеясь, что тот быстро откликнется, но никто не отзывался.
– Не кричи так, я не глухой, – появился он неожиданно, словно из-под земли.
– Ты напугал меня, – даже ее волчица не унюхала его приближение, но, возможно, все это из-за ее неопытности в роли оборотня, – где Эл?