– Мы будем лясы точить, или начнём? Смотри, ты сам захотел по-плохому. – «да, любовь к чтению книг даёт о себе знать. Полюбив читать, я полюбил и использование старых слов и выражений в своей речи.
Литературу же сейчас можно найти, пожалуй, только в частных коллекциях. Книги несколько лет назад полностью вышли из продаж. Даже электронные варианты почти не найти, про бумажные и подавно молчу. Благо, у меня есть своя коллекция книг. Слышал, что сейчас даже собирают идейных добровольцев в четыреста пятьдесят первый пожарный отряд… А правительство рассматривает законопроект об изъятии книг из частного пользования и уничтожение попадающих под пункт «о запрещённой литературе». Видел я этот список, туда внесли большинство книг, разве что, кроме комиксов.»
Пока эти мысли проносились в моей голове, мой противник подбросил вверх палку, пафосно откинул полы плаща назад, и выхватив из ножен два меча, перерубил палку на несколько частей. Ухмылка всё это время не покидала его лица, всё больше превращаясь в оскал.
Мы одновременно рванули вперёд, и наши клинки сошлись, при этом издав характерный лязг, высекая снопы искр. Мы так «танцевали» несколько минут, которые показались мне вечностью. Силы постепенно покидают меня, а восполнить их нет возможности. Я уже даже не нападаю. Что говорить о нападении, когда мне приходится лишь обороняться, и то каждый новый удар всё сложнее парировать и блокировать. Удары льются рекой, моя сила уже на исходе, и я чувствую, что ещё немного и мне каюк. Надо что–то делать.
«Стоп, а почему у меня здоровье падает? Вот же бестия! Я забыл снять повязку и теперь она вытягивает мои жизненные силы. Ещё немного такого танца и моему сопернику делать-то ничего не придётся…» – Мысли проносились мухами в голове. На принятие решения ушло мгновения, и я стал выводить нашу пляску на новый рубеж. Если Элеоклит не дурак, то сообразит, что делать.
В этот самый момент у меня потемнело в глазах, я упал и ударился о камень, выронив кинжалы. Во рту почувствовался вкус металла, но мне было не до того – я был готов нанести решающий удар. Парень не подвёл – в спину Осквернителя ударила стрела и отскочила.
«Вот же!.. Похоже у этого гада там какая–то защита. Тогда план Б. Воспользовавшись заминкой, я своей левой потянул правую ногу противника на себя, а другой опёрся в неё. Выполнив этот приём, я заставил врага завалиться и упасть, да не абы куда, а ровнёхонько в ловушку. Уже практически теряя сознание, срываю кровососы, и всё-таки отключаюсь…
Темнота и только голос:
«Внимание, вы чуть не погибли, сейчас ваш герой находится без сознания. Вы можете выйти из игры. Время до того, как ваш аватар придёт в сознание составляет пол минуты. Необходимо, чтобы ваша жизненная сила набрала хотя бы два процента.
В бессознательном состоянии восстановление происходит дольше, чем при бодрствовании. Исключением является сон. На данный момент ваша жизненная сила составляет ноль целых девять сотых процента. Желаете выйти?»
«Ну уж нет… Выйти и оставить моего героя беззащитным? Чтобы его там же и убили? К примеру полукровка, дабы убрать свидетеля, который может рассказать, что он не в одиночку поймал осквернителя источника. А мне потом начинай все сначала? Счаз. Или чтобы выбрался этот «торгаш» и прирезал меня там же распластанного? Счаз три раза.
Минута казалась вечностью и наконец:
«Ваше здоровье составляет два целых, четыре десятых процента. Производится повторная синхронизация. Для остановки подайте команду: «выход». Я проигнорировал это сообщение, считая проценты, и наконец зашёл в игру.
Придя в себя, я первым делом убедился, что мой «заключённый» сидит все в той же яме и облегчённо выдохнул. Но меня мучает вопрос: «Почему, если у меня чувствительность стоит на тридцать восемь процентов, я до сих пор чувствую привкус металла во рту?»
– Вот же досада, – я сплюнул в траву сгусток крови – а тебе почти повезло.
– Да ну? А я думал, что сам решаю свою судьбу…
– Тебе определенно показалось.
– Я так не думаю, но опустим наш спор и вернёмся к насущным вопросам. – голос мужчины был спокоен – Что дальше? Вы меня просто убьёте, закопаете живьём или съедите? Я бы выбрал первый вариант, если вы меня спросите. Неохота ещё и перерождения ждать.
– А мы тебя и не спрашиваем. – пока мы говорили Элеоклит стоял рядом и молчал. – Если честно, мне плевать на тебя и абсолютно всё равно, что с тобой будет. Но вот у эльфов на тебя зуб, а это значит, что судьба твоя радужной точно не будет. Но прежде, чем ты отправишься к ним, скажи, как твоё имя?
– Называй меня Калган, и ты правильно делаешь, что запоминаешь моё имя – мы ещё встретимся. – ухмылка не слезала с его лица.
– Ты игрок?
– Ты все правильно понял, Мир. – после этих слов я опешил, а Калган все продолжал улыбаться и смотреть на меня сверху вниз, несмотря на то, что он был глубоко в яме. – О, да ты совсем зелёный. Что ты так удивляешься? Да, тот у кого прокачан навык разведки до третьего уровня, может узнать кто перед ним: игрок или непись. С четвёртого – уже можно узнать имена игроков, а также примерное количество той или иной армии НПС на расстоянии пятидесяти метров. Если поднимать навык выше, то будут ещё неплохие плюшки.
– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день – произнёс я машинально вычитанную где–то фразу. «А ведь я действительно так плохо знаю игру, что даже свой навык не удосужился изучить.»
– Так что, даже если меня убьют – я перерожусь. Но ты не переживай, Мир, мы с тобой обязательно встретимся.
– Если я сам не уйду на перерождение к тому времени – флегматично заметил я.
Игрок рассмеялся.
– Ну все, – надёжно связав руки, завязав глаза Калгана, и присвоив как трофей после битвы несколько свитков, обратился я к Элеоклиту – забирай его и веди куда тебе было нужно. На этом наши пути расходятся.
Парень приложил раскрытую ладонь к груди в области сердца и слегка склонив голову произнёс:
– Не важно, получится всё или нет – ты можешь не сомневаться, Мир, я никогда не забуду твоей помощи. Я уверен, наши пути ещё пересекутся, но знай, что ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.
Я повторил его жест, с трудом удерживая улыбку и ироничное высказывание. Просто сказав: