– Слушай, парень, давай я сделаю вид, что в первый раз я тебе поверил, а отпустил тебя не из жалости. А ты, чтобы все было, по справедливости, объяснишь мне, что делает полукровка у как ты выразился: «священного источника эльфов»? А также, где действительно находятся настоящие эльфы?
– Я эльф! – немного с надрывом сказал парень – Я здесь чтобы охранять источник и поймать осквернителя. Остальные…
– Юнец, ты меня действительно за дурака держишь? Хорошо, давай я тебе скажу, как вижу ситуацию, а ты если ошибусь поправишь, где надо. – я сложил пальцы в замок и хорошенько потянулся. Получилось так здорово, что я даже услышал хруст в спине. После этой простой процедуры я сел на прохладный камень и начал точить своё оружие. Параллельно наблюдая в отражение лезвия за реакцией полукровки на мои слова. – Начнём? Ну, молчание – знак согласия.
Судя по твоей внешности, и по тому, что ты всё-таки живёшь среди эльфов —твой отец эльф, а мать человек. Не знаю, что с ней стало, но тебя взял отец, и только по этим причинам не выгнали из клана, но и до конца не приняли. Ты не изгой, но и не до конца свой. Тебя избегают сверстники, презрительно смотрят родичи, и только в лице отца ты видишь поддержку. – хм, парень осунулся, сжал кулаки, глазами так и сверлит меня, того смотри схватится за оружие. Кажется, мои слова задели его за живое. Хорошо, значит я на верном пути. Продолжим. – В итоге, я верю, что это «эльфийский священный источник», также верю и в то, что на него приходит, как ты его назвал «осквернитель». Также слабо, но верю, что вы не смогли его отловить, но вот во что точно не поверю, так в то, что тебя, да ещё и одного, послали на охрану источника и дали приказ поймать торгаша. Скорее, я поверю в то, что ты подслушал разговоры старших и, таким образом, решил добиться уважения, отправившись к источнику раньше них. Ты перепутал меня с тем осквернителем и это была твоя ошибка. В чем я ошибся, поправь. Да не сжимай ты так кулаки, а то ладони насквозь проткнёшь.
Я убрал оселок в рюкзак, кинжалы в ножны, встал, неспешно отряхнул штаны и повернувшись к полукровке лицом сложил руки за спиной в замок. Парень ещё какое–то время буравил меня взглядом, после чего тяжело вздохнул и начал говорить. Тихо, опустив глаза:
– Ты прав, ты почти во всем прав… Моя мать была охотницей, её убил на охоте кабан… Они, вместе с другом, в поисках пропитания выследили одинокого вепря, он был хоть и старым, но все ещё дико сильным, а его ярости хватило бы на десяток кабанов. Наверное, поэтому его и выгнали из стада. Он был весь утыкан стрелами, как игольная подушка булавками и иглами. Но это не остановило его, а лишь разозлило, он впал в такую ярость, что даже дерево, на котором была моя мама с другом его не остановило. Вепрь с разбегу, не останавливаясь ни на миг, протаранил пятидесятилетнее дерево. Оно не выдержало такого непотребства и рухнуло, похоронив под собой охотников, пробив их огромными щепами, словно копьями. Но и кабан, каким бы сильным он не был, не выдержал столкновения с деревом. Пробежав ещё десяток метров, он остановился, пошатнулся, его ноги разъехались, и он упал замертво.
После этого отец забрал меня к себе. Он, даже после запрета старейшин, встречался с моей матерью втайне от своего рода. Когда же отец узнал о происшествии, уж не знаю как, но он договорился со старостами, и меня приняли в род. Приняли без прав, но с обязательствами. Как низшего в роду, с условием, что я должен совершить, так скажем, подвиг, какое–то выдающееся дело, дабы заслужить право стать полноправным членом клана. И тут на наших землях появляется осквернитель. Об этом сообщил роду я, но старейшины посчитали это недостаточным и велели мне поймать его, если хочу называться эльфом. Поймать в одиночку без чьей-либо помощи из рода. Видимо, имели ввиду отца, поскольку для остальных я – пустое место. Но про помощь от посторонних людей, они ничего не говорили…
– Ясно. Хорошо, видишь, не так сложно, но зато теперь все ясно и просто. Я помогу тебе поймать, только поймать – это важно, твоего осквернителя. Дальше ты делаешь всё сам: надо отвести – отводишь сам, надо убить – убиваешь сам. Я только ловлю. Мы друг друга поняли?
– Да, поняли.
На подготовку места ушло где–то полчаса:
Я успел подготовить пару ловушек в самых удобных местах для набора воды. Ещё в детстве я любил изучать материалы по выживанию. В игре были также свои рецепты и гайды, по выживанию именно в ней, так что это не составило большого труда.
Парня я послал на позицию в кроны деревьев, дабы он не испортил «охоту», но и в случае чего мог помочь, и предупредил, чтобы без моего сигнала он ничего не предпринимал. Мне охота виделась простым делом, поскольку торгаши – это не самый достойный противник для воина, тем более воина тени.
Глава 12
– Вот же досада, – я сплюнул сгусток крови в траву – а тебе почти повезло.
– Да ну? А я думал, что сам решаю свою судьбу… – щерясь, сквозь зубы сказал осквернитель эльфийских святынь.
– Тебе определённо показалось. – вернул я ухмылку.
Если бы я не забыл снять эту «двуличную» повязку из-за Элеоклита, все кончилось бы, возможно, иначе…
Полчаса назад, не сразу, но все пошло не по плану:
Разобравшись со всеми приготовлениями, и убрав все свежие следы за собой, мы с Элеоклитом разошлись по своим позициям. Я поднялся на одно из деревьев, вблизи от самого удачного, по моим предположениям, места набора воды. Ждать пришлось недолго. Полукровка верно просчитал время, когда к источнику приходит торгаш.
Сначала я услышал скрип колёс, а потом увидел широкоплечую фигуру человека, везущего за собой телегу, груженую различной тарой на подобие кувшинов и вёдер с крышками. На Осквернителе надет длинный плащ, а лицо обрамляли длинные «тараканьи» усики. В остальном же он ничем не примечателен.
«Хм, а он, надо полагать, силен, если сам впрягается в телегу. Думаю, он не из бедных, чтобы отказывать себе в покупке животного, но оно может привлечь внимание. Выходит, торгаш не только силен, но и не глуп. Посмотрим, что будет дальше.»
Вообще, я не планировал спускаться с дерева, полагая, что мои ловушки прекрасно справятся со своей задачей, но не тут–то было… Мужчина оставил повозку у деревьев, а сам осторожно ступая, и немного присев, то и дело крутясь вокруг себя, как какой-то шаман, двинулся к берегу ручья. Я напрягся: «Что–то здесь не так. Может это, конечно, и обычное для него дело, у всех свои тараканы. Тем более здесь. Но что, если он заметил наши следы?» – Тут, словно в подтверждение моих мыслей, Осквернитель посмотрел прямо на меня. Нет, вряд ли он сумел меня разглядеть среди ветвей, но его усмешка прямым текстом говорила, что он знает про меня.
Осквернитель поднял длинную палку с земли, и не отводя от меня взгляда, все также ухмыляясь, ткнул ею в то место, где было удобнее всего встать для забора воды. К моей гордости, ловушка сработала моментально, пусть и неудачно. Ближайшее к ней скрюченное дерево (не знающий человек подумал бы, что оно так растёт из-за болезни) распрямилось, петля сузилась, и взметнулась вверх.
– Вот зараза, а он явно не прост.
Я не вижу больше смысла сидеть на дереве. Любое промедление мне уже явно не на руку, но незнакомец, казалось, не спешил покидать родник. Он стоял, сложив руки за спиной, и ждал.
«Жаль, я не могу посмотреть его уровень, разведка ещё не прокачана. Интересно, с моим седьмым будет сложно его одолеть? Судя по его самоуверенности, он явно выше моего уровня, и прекрасно знает это. Гадство, а ведь все должно было быть куда проще.»
Я достал свои кинжалы (на самом деле они больше похожи на небольшие мечи), и предложил осквернителю:
– Сдался бы по-хорошему, может быть, эльфы тебя и пощадят. А иначе придётся мне тебя усмирить.
– Да ты самоуверен, парень. —мужчина явно веселился – Боюсь не справиться тебе со мной, и парнишка на дереве не поможет.
«Ёшкин кот! И про Элеоклита знает – нехорошо». – выругался я про себя. Сам же сказал: