Сеп медленно моргнул, ожидая, когда перед глазами перестанут плясать чёрные точки. Грузовик катил по дороге под хлопки лопнувшей шины.
– Я спрячу фургон в городе, как только мы отвезём оленя Марио, – сказала Лэмб. Её волосы трепал ветер, дующий через разбитое лобовое стекло.
– Почему? – спросил Мак.
– Он весь разбит и залит кровью! Что ещё я могу сделать, кроме как сказать, мол, его украли?
– Это противозаконно, – возразил Сеп. – Может…
– Да всё это против закона! – крикнула Лэмб. – Всё, что мы делаем, безумие. С тремя шинами грузовик долго не протянет – вот мы его и бросаем. Сзади есть брезент. Пока прикрою следы им.
– И что потом?
– Идите домой и возьмите свои велосипеды, а затем приходите ко мне на ферму, будем думать, что делать дальше.
Аркл снова постучал в заднее окно и помахал им одной из маленьких лапок Розмари.
– Куда мы едем? – крикнул он.
– В город! – ответила Хэдли. – Мы бросаем грузовик и забираем велосипеды!
– Круто, – сказал Аркл. – Круто, круто, круто. – Он потряс головой. – Кажется, мне немного лучше. – И его вырвало через борт грузовика.
– Зачем нам велосипеды? – спросил Сеп. Он подумал о своём «чоппере»: как тот ни разу не простаивал в течение лета жертвоприношения, но вообще не использовался с тех пор.
– Вдруг что-то случится? На велосипедах лучше, чем просто бегом, – сказала Хэдли.
Сеп снова закрыл глаза. Мокрый запах грузовика только усиливал тошноту. Когда Лэмб повернула за угол и направилась к ряду магазинов, Сеп почувствовал, как плещется внутри содержимое желудка. Небо копило в себе электричество и жар, буря приближалась к точке кипения, и её яростная энергия наконец вынудила местных убраться с улиц.
Лэмб резко затормозила позади ветеринарной клиники и заглушила двигатель. Грузовик прогнулся от изнеможения, из его кишок потекла жидкость.
– Верно. Сеп, тебе нужно придумать какую-нибудь историю, как мы нашли оленя.
– Я помогу тебе спуститься, – добавила Хэдли.
– О боже, – ахнул Сеп.
– Что случилось? – спросил Мак.
– Просто… Я сказал, что болен. Если войду, Марио поймёт, что я ему солгал. Я никогда раньше ему не лгал.
– Но ты и правда болен, – напомнила Лэмб, – в смысле, выглядишь откровенно ужасно.
– Вот спасибо.
Сеп спустился вслед за Хэдли, держась за её руку, и постарался сконцентрировать внимание на её мокрой, окровавленной перчатке, чтобы голова не так кружилась.
– Что, если его здесь нет?
– Тогда дело ещё хуже, – ответила Хэдли.
Сеп посмотрел на неё.
– А ты выглядишь лучше. Увереннее.
– Мне и правда лучше. Я…
– Стой, – перебил Сеп. – Тебе становится лучше всякий раз, как мы уезжаем от ящика. И плохеет рядом с ним. И со вчерашнего дня ты слабела.