Большое путешествие двух запутанных частиц: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Было у тебя с ней?! – неожиданно спросила Вика, сдвинув брови.

Я буркнул что-то вроде «да кому я нужен».

– Дурак! – с жаром воскликнула она.

19

Сколько раз удивлялся потом своей близорукости. Ничего не поделаешь, мы мужчины бываем туповаты, уж извините за прямоту. Приходится девчонкам брать быка за рога и таких быков большущее стадо!

На жизнь мы с Викой смотрели одинаково.

Поженились через год, в две тысячи седьмом, не взирая на прохладное отношение тети Лены ко мне. Викин и Надюхин отец, напротив, стал лучшим другом, видать в женском царстве бедолагу здорово затюкали, ему требовался зять для отдушины! Мои родители светились от счастья. Мама, однажды призналась:

– Мы с папой переживали! Полюбил Ритку и света белого не видел. Вика на тебя давно все глаза проглядела. Слава богу, заметил!

Узнав о свадьбе, Ритка замолчала. Не присылала СМС и электронных писем, не звонила. Я, хоть и думал о ней по-прежнему, не набивался, к чему? Своих дел стало выше крыши. Мы с Викой купили земельный участок с фундаментом, начали строить дом. Отличное время! Мы молодые и сильные, перспектив океан, дни теплые, ночи жаркие!

Я люблю Вику. Частенько думаю, что Ритка подготовила меня для жены, сберегла. Так бы, глядишь, не познав настоящего чувства в юности, попал в оборот к какой-нибудь бойкой казачке и прожил с ней жизнь по верхам. Считал бы, что это нормально, что глубже ничего не бывает, что настоящая любовь это когда люди стойко терпят друг друга. А потом, бац, трагедия – наконец, до меня дошло бы, что рядом ходила судьба, да куда ж к ней от детей и обязательств? Спасибо светловласке, планку установила высоко, случайным попутчицам не по плечу.

В две тысячи восьмом по телеку снова заговорили о дефолте, президент заверил что все будет нормально, переживем. Политологи убедительно объяснили рост цен в Ейских магазинах происками англичанки и дяди Сэма. Что ж, коварные враги постарались на славу – жить стало значительно труднее. Новая социальная реальность утвердилась прочно – жильё в ипотеку, Форд "Фокус" в кредит.

На работе повысили до Завгара, я больше не водил заводских грузовичков. Ну и ладно! Главное, зарплата увеличилась, скомпенсировав подлость дяди Сэма.

Вика забеременела старшей дочерью в две тысячи девятом, а весной следующего года мы прогуливались по набережной уже втроем. Я бережно катил розовенькую коляску со спящим крохотным сокровищем, Викуся ступала рядом, держась за мой локоть. Тойота исправно служила семье, мы любили на выходных ездить в Должанку, регулярно навещали родителей.

Однажды, оказавшись по делам на Свердлова в районе почтамта, встретил Женьку! Не заметил бы в суматохе, но она окликнула. Женечка, как же тогда обрадовался тебе! Она улыбалась и глядела немного виновато. Я узнал, что с прошлым она завязала, замужем за бывшим милиционером, детей нет и не будет. Мы посидели на лавочке возле кафе "Камея", поговорили под шелест воды ниспадающей с фонтанной чаши. Чашу ту поддерживают четыре белоснежные кариатиды, по легенде место рядом с ними благодатное. Скорее всего так и есть, нам с Женькой было легко, она выговорилась и у меня словно камень с души упал – годы с последней встречи я остро чувствовал, что Женьке пригодилась бы поддержка, но не знал как ее найти.

20

В две тысячи тринадцатом на электронку неожиданно написала Ритка. Я с удивлением узнал, что путешествие все еще продолжается, нам предстояло прогуляться по Нью-Йорку! В девяностых, фантазируя о Северной Америке мы хотели начать с Филадельфии, но Нью-Йорк, конечно, лучше!

 Ритка сообщила, что в Америке уже пару лет, освоилась быстро. Там все гудит, ревет и куда-то несется, в отличие от сонной Европы. Толпы туристов и море офисного планктона, такси снуют желтыми косяками, много нищих. Страна контрастов! Светловласка работала фитнесс-тренером на Манхэттене, неплохо получала. На личном наблюдалось очередное затишье, последний бойфренд отвалился с полгода назад. "Позёры они тут все", – сокрушалась она, – "настоящих чувств днем с огнем не найти". Видимо, компенсируя дефицит стоящих джентльменов среди людей, Ритка завела джентльмена-пса – английского бульдога, выглядевшего на фото и коротеньких видео грузно и отрешенно. На пса она перенесла всю скопившуюся теплоту: выгуливала его, лечила, наряжала в клетчатые сюртуки, возила на переднем сиденье своего "Порше"… Какая тоска!

Я понял, что с возрастом Ритке разонравились дискотеки и шумные бары, она полюбила бродить по Центральному парку, выкупленному британскими пройдохами пару столетий назад у простодушных индейцев за стеклянные бусы. Получалось, уже тогда дядя Сэм дурачил народ, как сейчас нас, в Ейске! Ой, или дядя Сэм возник позже и на него индейцев Манхэттена повесить нельзя? Не уверен.

Ритка присылала забавные фото из парка – с моста где снимался эпизод фильма "Один дома 2", с аллеи лавочек с платными памятными табличками, с пруда, из замка Бельведер. Везде лучезарно улыбалась, демонстрируя белоснежные зубы. Я заметил, в Америке все так улыбаются, у всех белые как известь зубы! Заметил, к сожалению, и возрастные изменения в Ритке. Ей не шла новомодная худоба, румянец, некогда любимый мной, пропал с щек уступив место бледноте.

В Нью-Йорке улицы широкие и подразделяются на стрит и авеню. Стрит тянутся с севера на юг, авеню с запада на восток. Умно классифицировано, в России улицы тянутся как попало и редко прямо, стороны света не влияют на их состояние. Ейск в этом плане исключение, ну, вы знаете – у нас Воронцовский генеральный план! Граф по-прежнему надзирает за исполнением наказа, в виде бронзового всадника неподалеку от футбольного стадиона "Приазовье".

 Что же до ширины улиц, то и тут Ейск перед Нью-Йорком не спасует, именно в Ейске, а не в столице мировых финансов расположена самая широкая улица в мире – улица Шмидта! Того самого лейтенанта, поднявшего флотское восстание тысяча девятьсот пятого года и ставшего знаменитым благодаря Ильфу и Петрову. Нечетная сторона улицы Шмидта расположена в Ейске, а четная в Мариуполе и в ширину достигает семидесяти километров! Вмещает Таганрогский залив Азовского моря, государственную границу России и Украины и множество легенд и баек относительно себя. Неподалеку от Шмидта наш с Викой и детьми дом, заходите в гости, если будете в Ейске! С удовольствием угостим жаренной таранью, которую Викуся готовит даже лучше моей мамы (мам, прости!), после чего я устрою экскурсию, свожу в адресные аномалии – Дельфинарий и Аквапарк. Они тоже на Шмидта, но имеют четные номера! Вернее один, но раздробленный на два… Не пытайтесь разобраться с ходу.

Парков в Ейске тоже полно, перечислять смысла нет, иногда кажется, что наш зеленый город – один сплошной парк. Выделить стоит парк Поддубного, там высится памятник Ивану Максимовичу, есть его музей. Знаменитого силача в годы войны фашисты продержали несколько дней в застенках, но не сломили и из уважения к возрасту и заслугам отпустили. Он даже демонстративно носил во время оккупации советские награды на груди. Гораздо меньше повезло двумстам четырнадцати ребятишкам, задушенным фашистами в тех же застенках. К детям изверги не питали никакого уважения.

Война оставила слишком глубокие борозды, шагу не ступить, чтоб не наткнуться на ее эхо.

Я поймал себя на мысли, что по прежнему чувствую Ритку, ее эмоции. Тогда же пришло понимание, что это навсегда, "распутать" канал связи не выйдет и скучать и переживать за нее я буду не смотря ни на что. Скучать как по самому любимому кино юности. Оно когда-то завораживало, грело, воодушевляло, там классные герои, один из которых – точь в точь я, ленту хочется пересматривать ради лучших моментов. Но все же, это лишь кино и на мальчишку-героя я давно смотрел со стороны.

21

В том же две тысячи тринадцатом Вика родила нашу вторую девочку. Дом мы с женой довели до идеала – оборудовали детские, купили новую кухню взамен старенькой, собранной по частям у родных и друзей. На работе ладилось, директор обещал повышение до должности зама. Тойота по-прежнему служила верой и правдой. Младшая сестренка поступила на ветеринарный факультет, решила спасать животных, брат устроился на хорошую работу в Краснодаре, я так радовался за них! Для папы и мамы мы с Викой и малышами стали ближайшими людьми, старшую внучку они забирали к себе на денек-другой. Не часто, конечно, Вика и я не любим расставаться с детьми.

Через год разразилась война на юго-востоке Украины, Крым вернулся в Россию. Снова подорожали продукты и ширпотреб. Стареющий, но еще бодрый президент с экранов телевизоров уверенно объяснял вымирание народа демографическими волнами, дескать, Великая Отечественная виновата – повыбили фашисты тогда молодежь, до сих пор не оправилась популяция. Укладывая младшую в колыбельку, я подумал, что из моей школьной компашки повыбило всех не фашистами – Валька и Саня в земле из-за лихих девяностых, Лёнька в наркологической лечебнице, Женька угробила здоровье проституцией, Надюха "жила для себя", преуспевая в бизнесе. Родителем стал лишь я. Обидно, что люди подменили смысл жизни потребительскими химерами. Фашисты тут ни причем и зачем на них все сваливает президент не ясно.

В Америку мне расхотелось, по слухам и Риткиным намёкам там царила невыносимая толерантность и модное покаяние перед неграми. Те, ошалев от щедрот американских белых, потребовали всех европоидов без разбору опускаться на колени. Я ничего плохого неграм не сделал и на колени вставать не хочу, так что во избежание недоразумений решил остаться в Ейске.

А Ритка… Эх, Ритка. Она гнала вперед, перебирая города и страны, но в Америке, похоже, начала понимать – всё везде одинаковое. Можно наверстать в заработках и путешествиях, подтянуть культуру тела и образование, но не наверстать и не подтянуть самое важное – рождение детей, любовь близкого человека. И для того и для другого есть урочная пора, пропустишь – всё, конец.

22