А мир здорово изменился за время каргопольского заточения!
Еще в поезде я заметил у одного хорошо одетого пассажира беспроводной телефон! Пассажир разговаривал по этому телефону в тамбуре явно для форсу перед окружающими. Позже, на одной из станций вагон обыскивали милиционеры, оказалось, телефон украли. Стоит ли винить воров? Техническое чудо конечно парализовало их совесть и они не ведали что творили! Одна из старушек-пассажирок даже злорадно возликовала, прознав о "каре господней на хвастливого буржуя". Сам "буржуй" оставшуюся дорогу беспробудно пил, оплакивая покосившуюся жизнь. Да, уж, кто теперь поверит, что привычные нынче мобильники воспринимались в начале нулевых сокровищем?
Дома всё оказалось в полном порядке. Отец работал в какой-то немецкой конторе, прибравшей к рукам обанкротившийся Полиграфмаш, мама с нетерпением поджидала льготную педагогическую пенсию, младшие ударно грызли гранит школьной науки.
По приезду встретили накрытым столом, смехом. В гости приходила Аллочка. Пока многочисленные родичи выпивали, закусывали, произносили тосты, она молча смотрела на меня и грустно улыбалась. После застолья проводил ее домой. Она рассказала что Саньки Холода больше нет, его убили рэкетиры, Женькины дела плохи, "пошла по наклонной". Аллочка плакала, просила, чтоб я себя берег. Упавшим голосом обещал, что постараюсь.
На следующий день решил наведаться к Надюхе. Узнать о Женьке и Сане, заодно спросить, почему примы не было у нас в гостях, знала ведь, что я вернулся.
Дверь открыла симпатичная девушка, в которой с трудом узнавалась Вика, Надюхина младшая сестра. Как повзрослела! Я ошарашено пялился, а она широко улыбалась, понимая растерянность гостя:
– Может, зайдешь уже, служивый?
Смущенно протянув заготовленное шоколадное яйцо, выглядевшее теперь неуместно, я принял приглашение.
От Вики узнал, что Надюха и Лёнька решили пожениться, а теперь уехали куда-то на курорт. Саню убили за отказ платить мзду местной криминальной группировке. Главаря и бандитов судят, они сильно разгулялись в городе и много народу свели в могилу. Женька стала проституткой из-за чего Надюха порвала с ней отношения. Вика считала, что по-человечески Женьку можно понять, ведь у той было отчаянное положение и процитировала нецензурный стишок Маяковского о настоящих проститутках – чиновниках. Ого, мелкая ругаться умеет!
Я поблагодарил ее, оставил Надюхе в подарок банку сгущенки и отбыл восвояси. Надо же, как быстро растут дети! Вот и Вика словно по мановению волшебной палочки превратилась во взрослую. Красивая, повезет же кому-то с невестой.
Женьку найти не удалось, с прежнего адреса их семья съехала, не оставив номер телефона соседям.
15
Зажил я новой жизнью, наверстывая отставание в два года. Хорошее время начиналось, оптимистичное!
По телеку выступал новый молодой президент, людям повсеместно платили зарплату без задержек, в Чечне дело сдвинулось с мертвой точки, репортажи об успешном истреблении боевиков замелькали в эфире радио и ТВ. Я посмотрел "Брат – 2" и понял, что по-прежнему хочу в Америку. Но это когда-нибудь, а пока купил диск БИ-2 и новый плеер, чтоб "большие города, пустые поезда" звучали для меня повсюду.
Поступил на заочку в Ейский колледж, на отделение обслуживания автотранспорта, параллельно устроился водителем "Газели" на завод по производству окон. Обычная история. Училось легко, колледжские стандарты образования даже после одного курса на матфаке казались детским садом – плюнуть и растереть. Откровенно смеялся над словом "колледж", таким же бестолковым как и "лицей", видимо судьбой предначертаны мне заведения с мудреными названиями.
Встречался с девушками. Несколько курортных романов в разные годы (в Ейске с этим легко), да одна попытка «всерьез», обреченная с самого начала. Что поделать, моя далекая любовь не отпускала.
Письма и телеграммы Ритки, старый "Сони", кассету "It Must Have Been Love", розовую обертку с запахом духов, я однажды упаковал в коробку из-под макарон и спрятал в родительском доме на антресолях. Снял отдельную квартиру, чтоб быть подальше от этой коробки. Помогало слабо.
Ритка незримо присутствовала рядом, "комментировала" в моей голове события, "советовала" как поступить, "шутила", даже девчонок «обсуждала»: «Эта ничего, только скучная и с макияжем перебрала» или «Не вариант, эгоистка, весь мозг тебе выест. Беги!». Похоже я действительно, словно квантовая частица, был "запутан" с Риткой и не мог распутаться. Однако ж, в "запутанности" участвуют двое и об этом я сразу подумал, когда младший брат принес конверт со знакомым почерком на лицевой стороне. В груди учащенно забилось сердце.
Вспыхнула дурацкая мысль – может, я во всем виноват?! Может, это я ее не отпустил, извожу незримой связью и ни в чем не повинная девочка, один раз «запутавшись», навечно обречена читать мои мысли, эмоции?! Может, даже это письмо заставил ее себе написать, демон!
Испытывая вину вскрыл конверт.
В первых строчках Ритка просила прощение за то что не смогла забыть нашу любовь или, как она выразилась – «расчувствовать» ее, писала что поймет, если не отвечу и может так будет лучше, чтоб не мучить друг друга впредь. Ну, вы знаете эти лирические девчачьи завитушки!
Но самое главное: «Я постоянно думаю о тебе, ты будто оберегаешь меня, удерживаешь от глупостей, каждого мужчину сравниваю с тобой. Не в их пользу, ха-ха! И не потому что ты, в моей голове, хочешь этого, а наоборот – я отметаю твои воображаемые доводы «за» них. Может, я схожу с ума?»
"Может, я схожу с ума?" – подумалось мне. Вот так задачка для физиков! Они наверняка не озадачивались субъективными причинами, заставляющими частицы оставаться запутанными на любом расстоянии, независимо от времени. Тут с объективными-то ничего не ясно. А вдруг, частицы тоже синхронно сходят с ума, когда расстаются? "Распутаться" они смогут если вместе захотят ! Но "вместе" – признак "запутанности". Замкнутый круг, фокус, природное волшебство! Хотя, возможно, у людей есть шанс преодолеть его силу. Мы ведь не малявки-частицы, мы гиганты!
16
В письме Ритка предложила продолжить наше совместное путешествие. Указала номер телефона, электронный адрес и какую-то "аську", пошутила, что в Европе нет таксофонов давным-давно, Европа далеко ушла от Ейска.
Ну, это светловласка перегибает! Ейск шагал в ногу со временем – у нас с корнем выдирали таксофоны на улицах, а всевозможные "Евросети" и "Диксисы" размножались натуральной саранчой.
Я отправился в салон связи, прицениться. А что? Пусть зарабатывал не слишком, но жил один, одиночке много денег не надо. Мне хватило на Сименс-С45, сверхсовременный сотовый телефон с функцией СМС и четырехстрочным экраном с янтарной подсветкой! По крайней, мере продавец божился в современности аппарата.
И впрямь восхитительная штука! В любой момент можно связаться с кем угодно пощелкав по клавишам – хочешь голосовым, хочешь письменно. Я написал на Риткин номер и получил ответ, она спрашивала есть ли у меня ММС и фотокамера? Что за напасть?! Положим, фотокамера водилась, отцовский "Зенит", но что такое ММС, где его раздобыть и зачем?! Ритка тогда, наверное, хохотала.
Сотовая связь оказалась жутко дорогой! Звонок в Берлин стоил месячную зарплату и я попробовал приобщиться к интернету. Компьютер обошелся относительно дешево, но только потому, что в электронике и программировании разбирался младший брат. По его рецепту и под надзором папы мы купили на радиорынке ворох плат и проводов, из которых возникло чудо с интернетом внутри! Мама и отец сначала обрадовались, ведь компьютер установили у них и старший стал частенько навещать, но вскорости возроптали – интернет забивал домашнюю телефонную линию и мама не могла поболтать с соседкой, а отец пропускал звонки по работе. Что ж, мы с младшими приспособились – зависали в сети ночью! Они часов с десяти, а я с часу.
Ритка строчила в аське со скоростью пулемета, пока фотографии томительно, полоска за полоской, отображались на экране.