Дошёл, вот он – бывший травм пункт. Перед ним был небольшой парк, но деревьев здесь уже не было. Радиму нещадно повезло: не считая радиации, он по пути не встретил не одного мутанта, хотя, может, их тут больше уже и нет, сожрала вся эта жижа.
Радим снова достал рацию. Только хотел её включить, как она вся заискрила и начала вздуваться прямо в его руках. Радим сразу бросил её на землю. Как только рация упала, сразу же взорвалась.
Радим слегка был в шоке, но медлить было нельзя. Сменил фильтр. Решился зайти в здание травм пункта.
Здесь всё было разгромлено, стены чуть держались, крыша вот-вот была готова обвалиться. Тут было пусто, никого нет. Смысла терять здесь своё время, нет! Он хотел выйти, но выход затянуло красной дрянью. Стены задрожали, начали, как будто давить на него, и вот-вот были готовы вовсе обвалиться вместе со всем домом. Ничего не оставалось, как бежать к другому выходу, местоположение которого Радим не знал. Он побежал по коридорам и этажам наугад. Пробегая вдоль коридора, через кабинеты, он заметил проблеск света. Развернувшись, подбежал к кабинету, откуда был виден свет. Окно тоже уже затягивало жижей. Радим разбежался и прыгнул через окно третьего этажа.
14. Чистое небо.
Асфальт. Высохший куст. Радим лежит. Противогаз разбит. Дозиметр, надрываясь, трещит. Два его автомата АК лежат рядом.
Высохший куст, на который по везению упал Радим, немного смягчил удар.
Радим начал открывать глаза. Невыносимая боль плавно переходила от ног в правую руку, но его беспокоило не это. Воздуха нет, противогаз разбит, дышать нечем. Стекло было разбито, но не сильно. Времени нет, Радим, задыхаясь, начал искать свой рюкзак. Нашёл. Был под ним. Куст очень мешал и ограничивал движения, но выбирать не приходилось. В рюкзаке должна была быть изолента. Радиму казалось, что время длится вечно, шум в голове и голодание кислородом способствовали этому. Вот оно-спасение, нашёл изоленту. Лишь бы помогло. Дрожащими руками начал заклеивать трещины и пробоины стекла. Все заклеил. Дышать стало можно, но это было ненадолго. Хоть что-то.
Мозг почти не соображал, ноги, рука, шум- всё очень напрягало.
Наконец-то слез с куста, пополз до ближайшего автомата, взял его в руку. Через ужасную боль кое-как сел на задницу. Он попытался встать на ноги, но они явно были сломаны.
Радим упал на потрескавшийся асфальт, посмотрел в небо. Чистое небо, опять чистое.
И вот к чему это привело, шёл не знаю к кому, не зная куда. На что рассчитывал?
Дети… Что теперь будет с его мальчиками?
Фильтры уже были на исходе. Воздух заканчивался.
Радим, задыхаясь, вдохнул последние глотки воздуха, в последний раз оглянул город, дома, улицы, где он когда-то в детстве гулял с родителями. Посмотрел на небо, чистое синее небо. Прямо, как в тот день с его женой Кариной… Такое же чистое было небо тогда… Вот так совпадение.
Очень хриплым и слабеющим голосом, Радим произнёс:
– Я иду к тебе… моя… любимая, я уже… ид…
Силы закончились, как и воздух.
КОНЕЦ