Радим подошёл к мальчикам обнял их крепко-крепко, как никогда не обнимал…
– Давайте, скоро увидимся, парни!
Он нацепил противогаз, затянул покрепче фильтр и полез вверх по лестнице. Открыл люк. Вылез. За ним поднялся и Гриша.
– Слушай! Чтобы берёг их, как своих понял! Чтобы когда я вернулся, всё было в порядке! Обещай!
– Обещаю-обещаю. Что ты так накинулся? Они за несколько дней мне как родные стали. Всё нормально будет!
Радим посмотрел Грише в глаза.
– Ну, ладно, береги их, пока меня нет! В общем всё, пошёл я. На связи.
– Удачи тебе…
Радим вышел из комнаты. Гриша залез обратно в подвал, закрыв за собой люк.
13. Красный город.
Радим уже подходил к городу. Он знал, что в туда без химзащиты нельзя, но выбора нет. В городе гигантский фон радиации, и какого только дерьма ещё нет. Радим даже не представлял, сколько он сможет там продержаться без химзы, день, полдня или даже час. Этот город во время войны не решились бить простыми ракетами, по нему били новыми разработками, химическими и биологическими.
Йошкар-Ола, в переводе с народного здесь языка-марийского, переводится как Красный город, только сейчас, после войны, этот город называют Красным не из-за этого. Город весь светится красным цветом, все дома в границах города, покрыты чем-то красным, непонятным, живой жижей.
Радим, зная всё это, не понимал, как кто-то может жить здесь в таких условиях? Это невозможно, думал он. Тут трудно в химзащите-то находится, а кто-то тут живёт. А что, если не живут? Что, если Радиму и Илье тогда на вылазке показалось, что они людей видели, а не мутантов, или это радиация там повлияла на них, или это люди были, но мимо прошли. Радим подумал об этом только сейчас. Его вера и надежда медленно начала погасать с каждым метром приближения к городу.
Он достал рацию.
– Приём, я на подходе к городу. Как у вас там, в порядке?
Несколько секунд была тишина.
– Да, приём. Всё отлично.
– Понял, до связи.
– До связи.
И вот он-Город.
Радим шёл по дороге вперёд, ближе к центру, по дороге, с двух сторон обустроенной разной высоты домами.
Он ускорил шаг и двигался к тому месту, где они с Ильёй тогда видели их. В голове что-то гудело, шумело и сбивало с мыслей.
Постепенно, заходя в город, начала появляться эта красная жижа на домах. Эта жижа было что-то непонятное, то ли живое, тол и нет, но она двигалась, бурлила и кипела.
Наступать в неё вовсе не хотелось, тем более без химзащиты. На дороге, на разваленном асфальте этой фигни почти не было, что казалось странным.
Вдруг что-то зашумело справа, где-то в девятиэтажных домах.
Радим сразу направил туда дуло своего АК-74. Никого, пусто. Может, показалось?
Снова шум, только уже с левой стороны, снова из домов.
Он оглянулся, там тоже никого нет. Не дожидаясь, ведь каждая секунда была на счету, он побежал дальше.
Они видели их тогда рядом с центром, около бывшего травм пункта. Радим знал, что в центр нельзя, даже в химзащите. Там было что-то страшное, фон радиации был настолько большим, что такие цифры даже дозиметр не знал. Там эта жижа сверкала и блестела так, что если посмотришь-ослепнешь сразу. Раньше там была набережная, её только построили, как через несколько лет началась война.
Радим был уже у цели, был близок к тому месту, где он видел Этих.