Королева с опытом работы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Дерек! – выдохнула я. Да, над ним хорошо потрудился палач или надсмотрщики. А может, и сам Штернблум не брезговал взять в руки кнут. – Этого человека следует немедленно освободить. Он не преступник. Хозяин не имел права его продавать на плантацию, по эдикту королевы он свободный человек!

– Вы не можете его освободить, – процедил Венделин. – Это имущество купца и принадлежит ему на законных основаниях.

– Зачем он нужен? – Влезла Сабина. – Нормальных мужиков, что ли, мало? Его нельзя использовать, добить было бы милосерднее!

– У лиры тяга к грязным, потным, вшивым мужчинам. Они невероятно ее возбуждают, лира не может пройти мимо. Почему бы не выполнить женский каприз? – криво усмехнулся Вихрь. – Полагаю, пять серебрушек – достаточная цена за этот суповый набор.

Торговец помялся: в нем боролось желание поскорее убраться подальше и желание поторговаться. Благоразумие победило, торговец согласно закивал и сладко осклабился, желая мне насладиться новым приобретением. Раба Вихрь распорядился связать и закинуть на телегу с сеном. Мы тронулись дальше.

– Теперь вы объясните мне ваш глупый каприз? – зло прошептал Вихрь, приблизившись. – Или вас привлекает любой вонючий, истощенный, отвратительный мужчина? Какие-то приятные воспоминания?

– Не понимаю ваших намеков, – холодно ответила я. – Это личный раб виконта Штернблума, теперь графа Штернблума. Зовут его Дерек. Думаю, у нас не будет лучшего союзника, чем он. Он знает дворец и привычки графа, как никто другой.

– Ах, вот оно что! Что ж вы сразу не сказали? Разумно, серебро потрачено не зря. Приношу свои извинения, – Вихрь коротко поклонился и проехал вперед.

Я задумчиво посмотрела ему в спину. Неприятные слова и завуалированные оскорбления я давно научилась выслушивать совершенно невозмутимо, да и сама могла ужалить острым словцом, без этого в дружном женском коллективе не выжить. Что-то царапало и неприятно поразило меня в его словах. Воспоминания у меня действительно были, хотя приятными их назвать было сложно. Был в моей жизни один грязный и истощенный маг. По совместительству – отец моего ребенка. Но знать об этом Вихрь никак не мог!

– Кажется, я недооценила Ваше величество, – ко мне наклонилась Сабина. – Я просто не могла представить, что вы любите настолько грязный секс в буквальном смысле. Издержки рафинированной дворцовой жизни? На остренькое тянет? К поту, грязи и крови? Покажете мне ваше мастерство?

Я покраснела от гнусности этих предположений. Помимо секса что-либо эту озабоченную магичку интересует? Кругом засмеялись. Даже Ринальдо посмотрел на меня осуждающе. Плевать! Не буду ничего никому объяснять.

На ночевку остановились в лесу. Мне, как всегда, разбили палатку в центре лагеря. Через пару часов Ринальдо привел отмытого в ручье Дерека, в одежде с чужого плеча. Голову ему обрили, радикально решив проблему с насекомыми.

– Прикажете мне ночевать снаружи? – спросил Ринальдо, отводя глаза.

– Да вы с ума, что ли, все посходили!? – возмутилась я. – Я просто хочу поговорить с ним. Мы давно не виделись, а он точно знает все последние события во дворце.

– Мне тоже интересно, – в палатке появился злющий Вихрь. Но это было его обычное состояние рядом со мной, я уже перестала обращать на это внимание. Для начала я сняла ошейник, и произнесла формулу освобождения, требуемую по закону. Два положенных свидетеля как раз были в наличии. Магический замок расстегнулся, и я тут же выбросила засаленную кожаную полоску из палатки.

Дерек вздрагивал при резком взмахе рукой, опускал голову и зажмуривался, стоило к нему обратиться. Мне было его невероятно жаль. Хотелось обнять его, успокоить, но я понимала, что для него сейчас это будет чересчур сложно.

– Итак? – спросил Вихрь, когда мы все устроились в палатке. Палатка уж точно на четверых не была рассчитана, мы соприкасались коленями. Наконец я просто прислонилась к груди Ринальдо, чтоб подальше отодвинуться от Вихря. Он смерил меня очередным неприязненным взглядом, а Дерек начал свой рассказ, запинаясь, подыскивая слова и часто останавливаясь.

После моего исчезновения (опять я виновата!) гнев Штернблума коснулся не только обитателей Фратескора. Во дворце был подвергнут публичной порке и лишен звания и должности начальник стражи, уволена с позором вся королевская личная охрана. Многие придворные тогда покинули дворец, опасаясь попасть под горячую руку, виконт наказывал неугодных направо и налево, ссылка считалась подарком судьбы. А Дереку пришлось гасить злость хозяина всеми мыслимыми и немыслимыми способами, уже давно зашедшими за край извращенных удовольствий. Скорее, это были пытки. Последние месяцы хозяин держал его во дворе на цепи и неделями не кормил. Продажу Дерек воспринял, как шанс выжить, хоть и знал, что его купили, чтоб он умер на плантациях ягод ольжи. Эти ягоды обожают ядовитые змеи, и редко особенно везучий раб доживал до третьего сезона. Алхимики и аптекари платят за эти ягоды золотом по весу, используя их в самых дорогих снадобьях.

– Ты больше не раб, Дерек, – мягко сказала я, утирая слезы.

– Ты сможешь отомстить, – пообещал Вихрь.

– И, правда, везунчик, – пробормотал Ринальдо. – Ехал раб на плантацию подыхать. На дороге встретил королеву и получил свободу. Так даже в сказках не бывает!

Я обратила внимание, что Дерек старается держаться ко мне поближе, хоть пальцем, но прикасаться к краю платья. Наверное, после того, что он пережил, я для него, как спасительный якорь. Будет жестоко отправлять его спать к чужим незнакомым людям, которых он боится. Поэтому я оставила Дерека в палатке.

– Кто бы сомневался, – прошипел Вихрь. – Наша спасительница сирых и убогих желает получить свое?

Дерек низко наклонил голову, втягивая голову в плечи.

– Вы мне надоели, лэрд, – устало сказала я. – Дерек, этот лэрд злой и шутки у него дурацкие, не слушай его. Мне ничего от тебя не нужно, спи спокойно.

Вихрь вышел и вернулся в палатку, когда я почти уснула. Дерек свернулся клубочком возле моих ног, положив ладонь мне на щиколотку.

Мне приснилось, будто я лежу на пляже, под пальмой, шезлонг стоит прямо на мелководье, солнце так ласково пригревает, тело полно истомы и неги, а ступни ласкает теплая волна. Иногда волна оказывалась больше прочих, и достигала до колен, окатывая меня теплыми брызгами, и мне это невероятно нравится, я улыбаюсь и раскрываюсь, как цветок, тянущийся к солнцу. Что?

Я открыла глаза и дернулась. Никакой это не сон! Мои колени гладили теплые острожные пальцы, чужое дыхание касалось бедер, рассыпая табун мурашек по коже. Внизу живота знакомо тянуло, и я не сдержала стона. Тут же край сорочки был нетерпеливо отодвинут вверх, и чья-то ладонь опустилась на то место, которое изнывало от жажды прикосновений. Я непроизвольно выгнулась, отдаваясь искусной ласке. Пальцы заменили горячие губы, язык… совершенно обнаглел и проникал туда, куда давным-давно не проникал мужчина. Настойчивые, требовательные прикосновения, ритмичное постукивание языка и деликатное поглаживание пальцами изнутри сводили меня с ума, заставляя трепетать в предвосхищении волны наслаждения. Стон удалось сдержать, прикусив себе ладонь. Я взмокла и тяжело дышала, сердце колотилось, как бешеное. Ничего себе пробуждение! Так и сердечный приступ схлопотать можно. Мой партнер несколько раз ласково провел языком по промежности, опустил край сорочки и снова укрыл меня одеялом.

Это все хорошо и прекрасно, остается вопрос – кто это был? Я не догадалась коснуться головы мужчины, как-то не того было. Бритый череп Дерека или волосы Вихря мигом разрешили бы загадку этого неожиданного, но приятного сюрприза. Один из них спит, второй дарит мне пикантное наслаждение. Я усмехнулась про себя, снова проваливаясь в сон.

Утром я настойчиво приглядывалась к обоим мужчинам, надеясь, что кто-то из них себя выдаст: подмигнет, улыбнется, просто дрогнет лицом. Бесполезно, оба вели себя, как обычно. Не спрашивать же мне: «Кто из вас так чудесно меня приласкал»? Это уж совсем будет неудобно.