— С такой защитой и врагов не надо! — охотно согласилась Бэт. — Думаю, такие же люди в своё время погубили Тьюринга и Уайльда.
— А ещё сожгли Джордано Бруно и заставили Боттичелли отказаться от живописи.
У Сандры вдруг задрожали губы, она вытерла слёзы.
— Ты что? — подскочила к ней Бэт. — Ты из-за увольнения? Нашла из-за кого реветь! Да плюнь ты на этих уродов. Тебя любая гуманитарная организация с руками оторвёт.
— Родителям угрожали, — сказала Сандра. — Вынудили выставить дом на продажу и уехать. С работы их тоже уволили.
— Вот сволочи! Но ничего, программеры найдут того, кто всё это затеял, и он сядет как террорист.
— Да, — шмыгнула носом Сандра. — Я знаю. Просто немного сдали нервы. Но это ненадолго. Я сильная. Справлюсь. Я ведь Сандра Стоун, Цветок-На-Камне. Меня так просто не сломать. Это только кажется, что цветы хрупкие и беззащитные, а на самом деле они ломают асфальт и гранит.
— Цветок-На-Камне? — недоумённо переспросила Бэт.
— Это ещё с начальной школы. Я всегда была мелкорослой, нескладной и хилой, да и на морду так себе. К тому же ботанка. Поэтому травли от одноклассников мне хватало. Но родители говорили мне не сдаваться и придумать дело, которое объединит со мной большинство тех, кого дразнят. Я придумала делать комикс, родители помогли мне собрать единомышленников в школьный клуб. На следующий год список желающих купить комикс был на две страницы. Мы стали звёздами начальной школы, но нам к тому времени было глубоко наплевать, что думают о нас другие.
Бэт посмотрела на Сандру с восхищением.
— Ты молодец. Ты всегда победишь и будешь звездой. И знаешь, когда откроешь свой гуманитарный фонд или организацию, позвони. Я приду к тебе работать, даже если из сотрудников будет только нас двое.
— Спасибо, — Сандра пожала ей руку, поцеловала в щёку и вышла в коридор здания.
Ни Сандра, ни Бэт не заметили мертвенно-бледного Эрика, который стоял на пороге бухгалтерии и слышал весь разговор.
Телефон Сандры пиликнул, возвещая об СМС от Эрика. Сандра глянула на экран.
Я не успел сказать вам в офисе. Найден организатор, материалы на него и соучастников отправлены в полицию Девианса, США и Италии. Это Виолетта Корелли.
Сандра ответила «ОК. Спасибо» и продолжила искать в интернете юриста. Выбрала подходящего, договорилась о приёме.
Результаты оказались не так плохи. Сандре не требовалась покидать Девианс в течение двадцати четырёх часов. В её распоряжении было тридцать суток. С квартирой дело обстояло несколько хуже. Арендовала её организация, и Сандра, уволившись, жильё теряла. Но закон давал семьдесят два часа на сборы. Это позволяло не только спокойно и аккуратно упаковать вещи, но и успеть подыскать приличный недорогой мотель либо дешёвую чистенькую квартиру с посуточной оплатой.
«Если за месяц не найду работу, поеду в любую из стран, куда американцев пускают без визы. Жаль, конечно, тратить деньги на лишние разъезды, но лучше это, чем пуля в голову от психопата».
Сандра позвонила в фирму проката автомобилей и перевела аренду машины на себя. Теперь можно и домой.
Эрик сидел в гостиной и вскочил при её появлении. Сандра глянула на его бледный, лихорадочный вид и сказала:
— Неважно выглядите. Вам бы к врачу.
— Он не поможет, — голос Эрика звучал сдавленно, дыхание было тяжёлым. — Я должен искупить свою вину, иначе… — его бросило в дрожь.
— Какую ещё вину? — встревожилась Сандра.
— В том, что случилось с вами и вашей семьёй, виноват я.
Сандра на несколько мгновений остолбенела с открытым от изумления ртом.
— Мистер Эрик, — сказала она, овладев собой, — вы в своём уме? Всё это устроила Виолетта Корелли. Вы к её выходкам вообще никакого отношения не имеете.
— Я понимаю это разумом, миз Сандра. Но у сердца нет мозгов. Оно до краёв наполнено чувством вины, простите мне такую пафосную метафору. И моё сердце всегда было сильнее разума. Если я не пройду через искупление, вина меня просто раздавит.
Выглядел Эрик всё хуже и хуже. «Психосоматика — она у всех психосоматика, — подумала Сандра. — А с ней не шутят».
Вслух сказала:
— И какое искупление вам надо?