От этих слов Харпер стало спокойнее. Она прижала дрожащую руку к животу и глубоко вздохнула. Родители переглянулись, и мама закрыла глаза с таким лицом, словно пыталась подавить невыносимую боль. Девочка ещё никогда не видела свою мать такой грустной и пристыженной.
– Прежде чем мы отсюда уйдём… – ровным голосом начал папа, – ты расскажешь нам, что с тобой случилось?
Харпер нахмурилась, когда в её голове промелькнул образ жуткого красного грузовика и странного темноглазого мальчика. Она вздрогнула и попыталась убедить себя, что это всего лишь игра её воображения. Ничего из этого не было на самом деле. Просто не могло быть.
Харпер прижала руку к лицу и прикрыла дрожащие губы.
– Видимо, я споткнулась, когда шла к двери от кровати Майкла, и, как назло, упала прямо на эту дурацкую пожарную машинку, – медленно произнесла она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно более уверенно. – Угол кузова оказался очень острым. Там ещё и лестница торчала, мне повезло, что я не напоролась на неё.
– Мы не видели на полу никакой машинки, – встревоженно сказала мама. – Когда приехала «Скорая», меня всё спрашивали, обо что ты поранилась, но мы так и не нашли ничего, что могло бы так сильно тебе навредить.
Девочка почувствовала, как от слов матери её снова накрывает волна паники.
– Но она там была! Говорю вам, старая пожарная машинка, похожа на антиквариат. Она целиком металлическая, поэтому угол оказался таким острым!
– Тише, – прошептал отец, поглаживая её руку. – Наверное, когда все сбежались тебе на помощь, её случайно задвинули под кровать. Мы поищем эту машинку, когда вернёмся домой, ладно? Но тебе придётся сделать прививку от столбняка, просто на всякий случай…
Он ушёл за медсестрой, задёрнув за собой занавеску, отгораживающую койку его дочери от других пациентов. Харпер осталась наедине с матерью, которая продолжала смотреть на неё блестящими от слёз глазами.
– Знаю, ты так и не простила меня за то, что я отправила тебя в Брайерли, – вкрадчиво произнесла она. – Если тебя это утешит, я и сама очень сожалею об этом решении. Но ты же понимаешь, что у меня просто не было другого выбора?
Девочка сердито посмотрела на маму.
– Нет, не понимаю, – насупившись, ответила она.
Юна покачала головой:
– Милая, ну как же ещё я могла поступить? Ведь ты же устроила тот пожар…
– Я устроила пожар?!
– Я хотела сказать, – осеклась женщина, – что поскольку администрация школы решила, что пожар устроила ты, у нас с папой не было другого выбора, кроме как отправить тебя в Брайерли.
– Но выходит, ты тоже думаешь, что это я устроила пожар?
– Я думаю, это был несчастный случай…
– Который произошёл из-за меня, – прошептала Харпер, чувствуя, как всё внутри неё сжимается от обиды и тревоги.
– Милая, но там ведь не было никого, кроме тебя, – едва слышно произнесла миссис Рейн.
Харпер отвернулась, стараясь переварить услышанное. Она совсем не помнила пожара, но в глубине души знала, что не могла бы поджечь школу. Она бы ни за что так не поступила…
– Почему ты говоришь мне об этом только сейчас? – спросила Харпер, едва сдерживая слёзы.
– Джули да и все остальные твои врачи советовали мне этого не делать. Они считали, что надо дать тебе самой вспомнить, что случилось.
– И всё же ты решила сказать… Почему?
– Потому что я должна спросить тебя… – мама замолчала и глубоко вздохнула, как будто ей не доставало мужества задать дочери важный для неё вопрос.
– Да спрашивай уже, – раздражённо бросила та.
– Милая, прошу, только ответь мне честно. Мне очень надо знать… Скажи, ты нарочно поранилась?
Девочка не могла поверить своим ушам. Неужели её мать и правда считает, что она могла намеренно порезать себе руку? Её захлестнул гнев.
– Зачем ты спрашиваешь? – с горечью произнесла она. – Ты ведь всё равно мне не поверишь. Я хочу к бабушке Ли. Она единственная, кто никогда меня не осуждает. Я хочу с ней поговорить!