– Пап, а когда мы увидимся с бабушкой Ли?
– Ты не поверишь, но мама уже созвонилась с ней и позвала её в гости, – в голосе мужчины слышалась гордость за поступок его жены. – Но насчёт даты они ещё не решили. Мама хочет сперва закончить ремонт. Ты же знаешь её, она любит, чтобы всё было идеально.
– Вот почему я для неё – сплошное разочарование, – прошептала Харпер.
– Не говори так! – твёрдо произнёс папа. – Ты никогда не была для нас разочарованием. Ты чудесная, и мы очень тобой гордимся.
Девочка промолчала. Что бы там ни говорил её отец, она знала, что это неправда. По сравнению с идеальной старшей сестрой она была совершенно никчёмной. Да и о чём тут вообще говорить, если мама верила, будто она могла поджечь собственную школу?
Мистер Рейн слегка приподнял повязку на плече дочери и проверил её швы. Затем он взял с тумбочки тюбик с заживляющей мазью и обработал глубокую царапину на шее.
Харпер поморщилась от боли.
– Пап… – протянула она. – А ты тоже считаешь, что это я устроила в школе пожар?
Замерев на минуту, Питер медленно опустился на краешек кровати.
– Я понимаю, почему ты спрашиваешь… Мама рассказала мне о вашей вчерашней ссоре, – сказал он.
– И что? Ты думаешь, я во всём виновата?
– Ну конечно же, нет, – мягко ответил мужчина. – Я не знаю, что там случилось. Но помню, ты очнулась в больнице и сразу же сказала, что не поджигала класс. И я ни на секунду не сомневался, что это правда.
– Но почему же тогда мама мне не верит? – спросила девочка. Её голос дрожал.
– Она верит тебе, Веснушка. Просто вчера ты потеряла много крови, и она была вся на нервах. Вот и сказала то, что на самом деле не думает.
Харпер открыла было рот, чтобы возразить, но остановилась, увидев умоляющее выражение на лице своего отца. Она вздохнула и доела овсянку. Папа не любил, когда она спорила с ним о матери. Он боготворил свою жену и в упор не замечал всех её несовершенств. Даже когда Юна была в чём-то неправа, он всегда находил способ её оправдать. А меньше всего девочке сейчас хотелось слушать ложь, тем более что она знала правду. Конечно же, мама испугалась, увидев её всю в крови. Но это лишь подстегнуло её высказать свои реальные опасения. Вот почему она заговорила про поджог школы. Она не сомневалась, что это сделала её дочь.
– Я точно знаю, что не поджигала школу, – тихо произнесла Харпер. – Но я не помню, что там произошло.
В её голове на миг вспыхнул образ белокурой девочки из сна. Она прекрасно помнила её лицо, слишком чётко, чтобы оно могло быть просто плодом её воображения. А значит, это был не просто кошмар, а воспоминание. Собравшись с духом, девочка решила рассказать об этом отцу.
Но не смогла. Слова словно застряли в её горле. В конце концов, она не знала ничего об этой Мэдди и не понимала, зачем та устроила пожар. Не в силах преодолеть свои сомнения, Харпер наигранно зевнула.
– Я устала, – сказала она. – Думаю, мне надо ещё немного поспать.
Харпер дремала, когда её разбудил скрип парадной двери особняка. Видимо, мама с Майклом и Келли наконец-то вернулись домой из супермаркета.
Послышались шаги, и вскоре мама показалась на пороге её комнаты вместе с Келли и большим пакетом.
– Милая, ну как ты? – спросила мама. Она присела на кровать, нежно погладила дочь по лицу, а затем осмотрела её раны.
– Отлично, – резко ответила та. Она всё ещё злилась на маму после ссоры в больнице.
Но секунду спустя девочка уже повизгивала от восторга, ведь перед ней лежала огромная коробка её любимого печенья в шоколадной глазури. Именно эту марку было очень непросто найти. Оно продавалось лишь в корейских магазинах, и то не всегда. Что тут скажешь, миссис Рейн хорошо умела заглаживать вину.
– Ма, где ты их раздобыла? – не веря своему счастью, спросила Харпер.
Юна улыбнулась:
– Оказывается, тут неподалёку есть корейский гастроном. Я скупила у них все запасы, так что можешь есть сколько пожелаешь.
Она какое-то время сидела молча, поглаживая руку дочери, а потом наклонилась и тихо прошептала ей на ухо:
– Я очень тебя люблю. Пожалуйста, никогда в этом не сомневайся, – поцеловав Харпер в щёку, женщина встала и направилась к двери. – Ты ведь не съешь всё печенье за один день, правда? – обернувшись, спросила она и звонко рассмеялась.
Дождавшись, пока мама уйдёт, Келли плюхнулась на кровать сестры и протянула ей пакет с покупками.