Ждите ответа [журнальный вариант]: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не перебивай его, Кеша, — сказала Катя, — еще успеешь материться, мне даже интересно, я никогда не слыхала, как ты материшься, у тебя это очень ловко, оказывается, получается.

— Ну?! — ничего другого выдавить из себя он не мог.

— Не забудь, ты обещал не перебивать, — напомнил Левон Абгарович. — Операция не совсем обыкновенная, но не раз опробованная при подобных ситуациях, и не банками в мировом масштабе, ты уж не обижайся, малявками, как наш, а гигантами, монстрами, корпорациями с миллиардным оборотом. В тридцатые годы, во время великого кризиса, в Америке умные люди только так и уходили от краха. Не всем удавалось, правда, но это был единственный шанс.

Тут наконец Иннокентий Павлович обрел вновь голос и закричал на весь дом:

— Ты мне не суй под нос свою Америку! Про Америку я тебе сам могу рассказать, чего ты и слыхом не слыхал! Говори все как есть! Что вы там насобачили?!

— А обещал не перебивать, — укорила его Катя. — Хочешь, я тебе тоже налью?..

— Говори же! — сорвавшимся от крика голосом велел он Левону Абгаровичу.

— Для начала, почему — ночью?.. А потому, тут ты прав, что мы не Америка, а, к счастью, Россия. Случись у них в национальном масштабе что-либо подобное, они объявили бы тут же чрезвычайное положение, отключили всякую связь, все чиновники в правительстве во главе с президентом бдели бы ночь напролет, запретили бы немедля все банковские операции. Но мы — Россия, ночью чиновники привыкли с похмелья спать, а уж нашего-то президента как-то не принято тревожить зря, если только, не приведи бог, не началась ядерная война. А без президента какие могут быть приняты решения, кто осмелится, да кому это и в голову придет? Вот и легли все до одного спать, даже не сменив обмаранные кальсоны. И межбанковская электронная связь, по крайней мере до утра, не прерывалась, работала на всю катушку…

— Ну?! — у Иннокентия Павловича будто пропали все другие слова, кроме этого «ну».

— Уж я-то наших чиновников и начальников знаю как облупленных, сам был чиновник и начальник, — Левон Абгарович продолжал говорить ровно и спокойно, стараясь тем утихомирить и Иннокентия Павловича. — А наблюдение это не столько мое насчет Америки и России, это первой на ум Екатерине Георгиевне пришло, ей, что называется, и карты в руки. Тебя нет, где ты — неизвестно, телефон твой не отвечает, пришлось поневоле брать всю ответственность на себя…

— Короче! — приказал Иннокентий Павлович. — Не тяни кота за хвост!

— Короче, хорошо. Ты видел вчера разъяренную толпу у банка и первым понял, что это все мелкая сошка, копеечные вкладчики, плотва, они только и могут, что митинговать, вымаливая свои гроши, по привычке все еще надеясь на правительство и всесильного президента, который по доброте душевной тут же их услышит и пожалеет. А вот крупным рыбинам, акулам не надо митинговать, они-то прекрасно знают, что, даже захоти президент им помочь, у него за душой ни гроша. Они подождут день-другой, посмотрят, что у них самих в гроссбухах делается, позвонят и сами приедут или тебя к себе пригласят, чтобы за чашкой кофе поразмыслить, как сообща выбираться из этой ситуации — ведь дефолт, как поется в песне, один на всех и за ценой никто не постоит. А с плотвой можно и не церемониться, достаточно обещать им, что рано или поздно они получат свои жалкие доллары, надо только поверить нам и набраться терпения. Еще Сталин, помнишь, за что благодарил русский народ после победы?.. — за терпение. Он терпеливый, русский народ, в этом его главная сила…

— Не тебе, армяшке, рассуждать о русском народе!.. — не удержался Иннокентий Павлович. — Как грабить его, тут вы первые!

— Как не стыдно! — с возмущением вступилась за Абгарыча Катя. — В Америке за одни такие слова тебе бы никто руки не стал подавать! К тому же он не за свои деньги старается, а за твои!

— Постарался уже, и на том спасибо! — не унимался Иннокентий Павлович. Сдержался, спросил спокойнее: — Но с какой стати ты, не спросясь у меня…

— А чтобы тебя же от полного краха спасти! — обиженный за «армяшку», Левон Абгарович тоже повысил голос. — Кстати, когда мы уходили утром из банка, толпа была вдвое больше, хорошо, мы не успели повесить объявление, что банк сегодня будет закрыт, тут бы уже не крик был, а разнесли бы все к чертям собачьим!.. Я успел обзвонить всех сотрудников и велел им немедленно выйти на работу и начать операции как обычно. Мы с Екатериной Георгиевной подсчитали, сколько составляют в целом вклады мелких клиентов, за день-другой мы с ними расплатимся до копейки.

— А дальше? — спросил Иннокентий Павлович, про себя подивившись ловкости и хитроумию Абгарыча, не иначе, его деды и прадеды были нечистые на руку менялы где-нибудь в Трапезунде или Карсе. — Дальше-то что?!

— А дальше… — Левон Абгарович посмотрел на Катю, словно ища у нее поддержки. — Дальше мы, кроме определенной и весьма значительной, кстати, суммы, чтоб оставался у нас оперативный простор в случае чего, перевели все активы за границу, в офшоры, на Мальту, там у меня есть верный друг, даже не друг — троюродный брат, а это у нас, у «армяшек», кое-что да значит. Абсолютно верный и честный человек. Пусть полежат там, пока тут не уляжется бедлам.

— А не уляжется? — спросил Иннокентий Павлович, еще не зная, как отнестись к тому, что ему рассказал Абгарыч.

— Там видно будет, — неопределенно ответил тот. — Но деньги в надежном месте, можешь на сомневаться, в случае чего их и вернуть на наши счета несложно. Главное, чтобы банк на ногах устоял…

— А меня за незаконные махинации, а то и за отмывание валюты — в места, куда Макар телят не гонял?! — Но, странное дело, еще не разобравшись до конца в сомнительной операции Абгарыча, Иннокентий Павлович вдруг неожиданно несколько успокоился: едва ли тот не продумал и этот вариант. — Перевели, значит, у меня за спиной… И на чье, интересно, имя?

— На мое, естественно, — как о чем-то само собою разумеющемся ответила за Абгарыча Катя.

— На твое?! — поразился Иннокентий Павлович, не зная, как отнестись еще и к этому новому повороту.

— Ну, во-первых, какая-никакая, я твоя жена. Надеюсь, ты не подозреваешь, что я у тебя их украду. Но главное — я гражданка Соединенных Штатов, за меня есть кому в случае чего заступиться. Да и все совершенно законно, во всяком случае, по американским правилам. Мы же не отмываем грязные деньги, а просто кладем их на сохранение в надежный банк с хорошими процентами, только и всего. И не трать заранее нервы, пока все о'кей, а там, как рассказал мне сегодня очень смешной анекдот Левон Абгарович, либо султан протянет ноги, либо ишак помрет.

— Одного султана уже убили… — неожиданно подумал вслух Иннокентий Павлович.

— Не он первый… — Левон Абгарович с опозданием понял, что тот имел в виду покойного отца, и тут же пожалел о сказанном.

— И — не последний, ты это хотел сказать? — невесело усмехнулся Иннокентий Павлович и, не оборачиваясь к Кате, с неожиданным злым укором бросил через плечо: — И единственная наследница — бедная вдова, да к тому же еще иностранка…

— Что за чушь ты городишь?! — вспылила она. И, вскочив с кресла, хотела было уйти.

— Сиди! — резко велел ей он. — Если расхлебывать эту кашу, так уж втроем, тебе тоже не отвертеться!

Она босиком протопала к окну, уставилась демонстративно наружу.