— …Никола Трюшу, торговец скобяными изделиями с улицы Коссонери.
— Нет, нет, — ответил торговец. Он улыбнулся и вздохнул, словно у него гора с плеч свалилась.
— Неважно, у вас честное лицо. Так вот, я бы продал вам доспехи — кирасу, наручи и шпагу.
— Учтите, сударь, что это запрещенный род торговли.
— Знаю, вам недавний покупатель кричал об этом достаточно громко.
— Вы слышали?
— Отлично слышал. Вы очень щедро расплатились. Это и навело меня на мысль договориться с вами. Но, будьте спокойны, я не вымогатель и знаю, что такое коммерция. Сам в свое время торговал.
— Чем же именно?
— Льготами и милостями.
— Отличное предприятие!
— Да, я преуспел и теперь, как видите, — буржуа.
— С чем вас и поздравляю.
— Я люблю удобства и хочу продать старое железо: оно лишь место занимает.
— Я бы взял кирасу.
— Вы покупаете одни кирасы?
— Да.
— Странно, ведь вы же перепродаете железо на вес, так вы по крайней мере сами заявляли.
— Это верно, но, знаете ли, предпочтительно…
— Как вам угодно: купите кирасы… Или, пожалуй, вы правы: не надо ничего покупать.
— Что вы хотите сказать?
— Хочу сказать, что в такое время, как наше, оружие может каждому пригодиться.
— Что вы! Теперь же мир.
— Друг любезный, если бы у нас был мир, черт возьми, никто не стал бы покупать кирасы! Не рассказывайте мне сказок.
— Сударь!
— Да еще скупать тайком.
Торговец сделал движение, намереваясь уйти.
— И по правде-то сказать, чем больше я на вас гляжу, — сказал буржуа, — тем больше убеждаюсь, что я вас знаю. Нет, вы не Никола Трюшу, но я вас все-таки знаю.
— Тише.
— И если вы скупаете кирасы…
— Так что же?