— Один.
— Значит, капитан нашел для них помещение?
— Видно, да.
И посланец удалился, не пожелав отвечать на расспросы.
Наконец вожделенное утро забрезжило над кухнями «Гордого рыцаря».
В монастыре Августинцев часы пробили половину двенадцатого, когда у дверей гостиницы спешилось несколько человек.
Они прибыли через ворота Бюсси и оказались первыми, ибо гостиница «Меч» находилась оттуда в каких-нибудь ста шагах.
Один из них, которого по бравому виду и богатому одеянию можно было принять за начальника, явился сюда даже с двумя слугами на добрых лошадях.
Все прибывшие предъявили печать с изображением Клеопатры и были весьма предупредительно приняты супругами, в особенности молодой человек с двумя лакеями.
— Если вы не боитесь толпы и вам нипочем простоять часа четыре, можете поглядеть, как будут четвертовать господина де Сальседа, испанца, устроившего заговор, — сказала госпожа Фурнишон бравому кавалеру, который пришелся ей по вкусу.
— Верно, — ответил молодой человек, — я об этом деле слыхал. Обязательно пойду, черт побери!
И он вышел вместе со своими слугами.
К двум часам прибыла дюжина новых путешественников группами по четыре-пять человек.
Кое-кто являлся в одиночку.
Один вновь прибывший даже вошел по-соседски, без шляпы, но с тросточкой. Он на чем свет стоит проклинал Париж, где воры такие наглые, что неподалеку от Гревской площади стащили с него шляпу.
Впрочем, он всецело признавал свою вину: незачем было являться в Париж в шляпе с драгоценной пряжкой.
Часам к четырем в гостинице Фурнишонов собралось уже около сорока земляков капитана.
— Странное дело, — сказал хозяин жене, — они все гасконцы.
— Что тут странного? — возразила эта дама. — Капитан же сказал, что соберутся его земляки.
— Ну так что?
— Раз он сам гасконец, и земляки его должны быть гасконцами.
— Выходит, что так.
— Удивительно только, что у нас лишь сорок гасконцев, ведь должно было быть сорок пять.
Но к пяти часам появились еще пять гасконцев, так что постояльцы «Меча» были теперь в полном сборе.
Некоторые из них были знакомы между собой. Так, например, Эсташ де Мираду расцеловался с кавалером, прибывшим с двумя слугами, и представил ему Лардиль, Милитора и Сципиона.
— Каким образом ты в Париже? — спросил тот.
— А ты, милый мой Сент-Малин?
— Я получил должность в армии. А ты?
— Я приехал по делу о наследстве.
— Ах так! И за тобой опять увязалась старуха Лардиль?