— В самом деле. Странно, — сказал Антрагэ.
Они свернули к дому, чувствуя, что им предстоит сделать какое-то важное открытие.
— Не одни мы удивляемся, — сказал Ливаро. — Поглядите: крестьяне, которые проезжают мимо, привстают в своих повозках и смотрят.
Молодые люди подошли под балкон. Там уже стоял один из крестьян-огородников и, казалось, разглядывал что-то на земле.
— Эй! Сеньор де Монсоро, — крикнул Антрагэ, — вы собираетесь отправиться с нами? Если да, то поторопитесь, мы должны прийти первыми.
Они подождали, но напрасно.
— Никто не отвечает, — сказал Рибейрак, — но почему здесь, черт возьми, эта лестница?
— Эй, смерд, — сказал Ливаро огороднику, — что ты там делаешь? Это ты сюда приволок лестницу?
— Боже меня упаси, ваша милость! — ответил тот.
— Почему? — спросил Антрагэ.
— Поглядите-ка наверх.
Все трое подняли головы.
— Кровь! — воскликнул Рибейрак.
— То-то и оно, что кровь, — сказал крестьянин, — и уже порядком почерневшая.
— Дверь взломана, — сообщил в эту минуту паж Антрагэ.
Антрагэ бросил взгляд на дверь, на окно и, ухватившись за перекладину лестницы, в одно мгновение взобрался на балкон.
Он заглянул в комнату.
— Да что там такое? — спросили остальные, увидев, что он побледнел и отшатнулся.
Страшный крик был им ответом. Ливаро поднялся следом.
— Трупы! Смерть, кругом смерть! — воскликнул молодой человек.
Оба вошли в комнату.
Рибейрак остался внизу, опасаясь неожиданного нападения.
Тем временем огородник своими причитаниями останавливал всех прохожих.
Повсюду в комнате виднелись следы страшной ночной битвы. Пол был покрыт лужами, вернее, целым морем крови. Гобелены на стенах изрублены шпагами и прострелены пулями. Мебель, разбитая и измазанная кровью, валялась на полу вперемежку с изуродованными телами и клочьями одежды.
— О! Реми, бедняга Реми, — сказал вдруг Антрагэ.
— Мертв? — спросил Ливаро.
— Уже остыл.
— Да здесь, должно быть, целый полк рейтаров побывал, в этой комнате! — воскликнул Ливаро.
И тут он увидел распахнутую в коридор дверь; пятна крови свидетельствовали, что и по другую ее сторону тоже шла борьба. Ливаро пошел по этим страшным следам до самой лестницы.
Двор был пуст и безлюден.