Два мира - две идеологии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Эксперименты крупного специалиста по радиационной генетике Тимофеева-Ресовского по изучению влияния введённых в кровь радиоактивных изотопов на органы животных (в частности, репродуктивные) могли иметь в тогдашних конкретно-исторических условиях в Германии прямые практические приложения ― разработку более эффективных методов стерилизации для евгенической программы нацистов. До сих пор "врачи" рейха стерилизовали "неполноценных" достаточно трудоёмким хирургическим способом. Простое введение уколом радиоактивных веществ, при надлежащей их комбинации и дозировке, сделало бы эту работу рутинной процедурой, с которой справилась бы любая медсестра. В июле 1944 года заместитель директора Института исследования мозга профессор Халлерфорден предложил Тимофееву-Ресовскому возглавить планируемую программу стерилизации славянских народов с помощью радиации. Однако по известным причинам этим широкомасштабным замыслам не суждено было осуществиться. Осенью 1945 года Тимофеев-Ресовский и другие сотрудники его лаборатории были арестованы советскими военными властями.

Согласно показаниям В. Пютца, начальника отдела кадров института, Тимофеев-Ресовский "лично при приближении Красной Армии дал указание об уничтожении секретных документов, которые хранились у меня в сейфе". Поэтому выводы о характере его работы для военной машины Гитлера и степени участия в преступных опытах над людьми можно было делать лишь предположительные. На допросах Тимофеев-Ресовский рассказывал о деятельности своей лаборатории в общих чертах, подчёркивая, впрочем, её возможное важное значение для атомной программы СССР.

В 1948 году Военная коллегия Верховного суда приговорила Тимофеева-Ресовского к 10 годам заключения, которые он отбывал, работая по своей специальности. Среди основных тем его исследований были вопросы, связанные с изучением поражающего воздействия радиации на организм человека.

Разумеется, большая часть либерально-космополитической интеллигенции, яростно ненавидевшей Т. Д. Лысенко, отзывалась о Тимофееве-Ресовском, работавшем в годы войны для гитлеровской Германии, с самой глубокой и искренней симпатией. (Что, между прочим, дополнительно показывает близкое идейное родство либералов-космополитов с их коллегами-конкурентами ― гитлеровскими нацистами).

Вторая половина 1980-х гг. была сочтена либерально-космополитическими кругами подходящим временем для начала кампании за официальную реабилитацию Тимофеева-Ресовского. В 1987 году в журнале "Новый мир" был опубликован посвящённый ему роман Д. Гранина "Зубр". Хвалебные статьи о Тимофееве-Ресовском появились на страницах некоторых органов периодической прессы. В Верховный суд СССР было направлено ходатайство о пересмотре его дела.

Впрочем, сторонникам реабилитации "невинно пострадавшего от сталинского террора учёного" нередко отказывала и логика и память. Так, восхваляя Тимофеева-Ресовского за его послевоенные работы для СССР в рамках изучения последствий применения ядерного оружия, они в то же время уверяли читателей, что в 1941-45 гг. в Германии — воюющей и работающей над атомным проектом стране ― Тимофеев-Ресовский, крупный специалист по радиационной генетике, занимался только "безобидными экспериментами над мухами-дрозофилами". Лицам, доказывавшим несущественность воздействия на организм человека введённого в него тория-Х, профессор Г. А. Середа предложил самим ввести себе его в вену. Судя по продолжению ими славословий в адрес Тимофеева-Ресовского, они это предложение не реализовали.

В Советском Союзе публикации, восхвалявшие учёного, работавшего на гитлеровскую Германию, вызвали возмущение. Выступавшие против реабилитации Тимофеева-Ресовского подчёркивали, что он не просто остался за рубежом, а остался в Германии Гитлера, когда эта страна вела политику, активно враждебную России. Хотя, если он не любил сталинский режим, либо из-за своих связей с репрессированными троцкистами опасался вернуться в СССР, то мог бы легко устроиться, например, в США, откуда в конце 1930-х гг. получил приглашение на работу. Статьи Г. А. Середы "Об исторической правде" ("Наш современник", 1989 г., № 1) и В. Г. Провоторова и Д. Ильина[99] "Кто вы, доктор Ресовский" ("Наш современник", № 11, 1989 г.) более полно, чем это было сделано Граниным, осветили работы Тимофеева-Ресовского в 1941-45 гг. Письма протеста против его возможной реабилитации Ресовского были направлены в прессу.

В октябре 1989 года на ходатайство о реабилитации Тимофеева-Ресовского был дан отрицательный ответ. Помощник Главного военного прокурора Н. Л. Анисимов отмечал: "Расследованием установлено, что Тимофеев-Ресовский Н. В., будучи гражданином СССР и руководя государственным научно-исследовательским учреждением, лично сам и совместно с подчинёнными научными сотрудниками занимался исследованиями, связанными с совершенствованием военной мощи фашистской Германии, ведущей тотальную войну против Советского Союза, чем совершил измену Родине в форме перехода на сторону врага, т. е. преступление, предусмотренное ст. 58-1 а УК РСФСР (в редакции 1926 г.). Оснований для постановки вопроса об отмене состоявшегося по делу судебного решения не имеется".

После 1991 года, однако, представления о преступности и законности, равно как и о предательстве и героизме в Российской Федерации сильно изменились. И в июне 1992 года Н. Тимофеев-Ресовский, оставшийся в Германии во время крайнего обострения её отношений с Россией, работавший на военную машину Гитлера во время тотальной войны Третьего рейха против СССР, осуждённый за это в 1948 году на 10 лет заключения, был реабилитирован "демократическими" властями как "жертва сталинских политических репрессий".

Приложение

Радиационные исследования в Германии

Однако и в Германии… были проведены исследования воздействия нейтронной и другой проникающей радиации. С 1943 г. вплоть до конца войны и военное министерство и полномочный представитель по ядерной энергии заключили несколько контрактов на изучение вопроса. Исследования проводил в основном отдел генетики[100] института кайзера Вильгельма в Берлин-Бухе. Среди немецких документов имеется письмо из Биофизического института, написанное Раевским[101]. В нём он сообщает полномочному представителю, что его группа в числе прочих выполняет работы по изучению "Биологического воздействия корпускулярного излучения, включая нейтронное, с точки зрения использования его в качестве оружия"…

Д. Ирвинг, "Вирусный флигель", М., 1969 г. стр. 220.

В. Эфроимсон: "Н. В. Тимофеев-Ресовский ― великолепный исследователь, несравненный педагог, благороднейший из людей" [102].

Письмо рабочего Е. В. Копнова в "Литературную газету".

Уважаемая редакция,

В "Л. Г." № 27 опубликована статья "Зубр…"…, его сравнивают с Вавиловым[103], называют гением и т. п., на самом деле это не зубр, а фашистская гиена, сволочь.

1. Опровергнуть, что он работал над секретными работами для вермахта не удалось.

2. Что он занимался опытами над заключенными, опровергнуть не удалось.

3. Заключенным вводили в организм радиоактивные вещества, и не только торий, но и другие. Опровергнуть не удалось.

Какое моральное право имеют советские писатели, профессора, студенты и творческая интеллигенция (если они не напитаны фашистской идеологией) восхвалять предателя, военного преступника. Дерьмо, получившее высшее образование, остаётся дерьмом. Каждое время рождает своих героев, гражданская война ― Щорса и Чапаева, 30-е годы ― Стаханова и Демченко, война ― А. Матросова и Молодую Гвардию, а перестройка вытащила из помойной ямы истории белогвардейцев, полицаев, власовцев, отказников и прочую дрянь. Всех репрессированных до и после войны можно считать жертвами культа? Махновцев, петлюровцев, басмачей, уголовников, шпионов, полицаев, власовцев, бендеровцев и т. д. и т. п.?

Давайте поставим памятник полицаям, убивавшим советских людей в Бабьем Яре, Симферополе, Керчи,… будем носить венки к памятникам эсэсовцам и полицаям. Может быть, теперь надо чтить память не Зои Космодемьянской, а её палачей и им ставить памятники? Ответа не надо.

О т. н. "научной школе Кольцова" и его учениках

Биолога Николая Кольцова (1872-1940 гг.) его коллеги называли "немыслимо образованным". И они имели к тому основания ― ведь если Ньютон занимался богословскими вопросами половину жизни, то юный вундеркинд Коля уже в 14 лет уяснил для себя: "Бога нет".

Своей религией Н. Кольцов избрал евгенику.

В 2012 году издательство "Товарищество научных изданий КМК" опубликовало книгу Н. Д. Озернюка под названием "Научная школа Н. К. Кольцова. Ученики и соратники", в которой для восхваления этой группы биологов разнообразными способами искажаются факты.

Например, Озернюк пишет: "Многие его <Кольцова> ученики внесли выдающийся вклад в науку, став учёными мирового класса" (стр. 3). Учёные мирового класса имеют и достижения мирового класса — такова, например, Периодическая таблица Менделеева или Неэвклидова геометрия Лобачевского. Среди работ учеников Кольцова, приведённых Озернюком в его книге, научных достижений мирового класса не наблюдается.

Обращает на себя внимание структура созданного Н. Кольцовым "Института экспериментальной биологии", о котором рассказывается в книге Н. Озернюка. В этом институте имелось девять отделов: цитологический, генетический, механики (физиологии) развития, физикохимический, гидробиологический, культуры тканей, экспериментальной хирургии, зоопсихологический, евгенический (цит. соч., стр. 18). Такая "сборная солянка", где "смешались в кучу кони, люди и залпы тысячи орудий", больше напоминает набор слабо связанных групп по интересам, чем научно-исследовательский институт с чётко обозначенными задачами, для решения которых он создаётся.

В вышеупомянутой книге Кольцов и его ученики восхваляются за работы по использованию яда колхицина для получения полиплоидных форм живых организмов. "Экспериментальное получение полиплоидных организмов также было предсказано Н. К. Кольцовым. В 1932 г. он писал "…о возможности получить искусственно новые формы путем экспериментального удвоения числа хромосом.", Николай Константинович поручил проверить эту идею В. В. Сахарову, который при помощи колхицина получил тетраплоидную гречиху" (стр. 5). Однако автор (Озернюк) не сказал, что все работы с колхицином, несмотря на длительный срок экспериментирования с ним, так и не дали ничего полезного для сельского хозяйства.

[99] В. Г. Провоторов ― в то время старший помощник Главного военного прокурора, генерал-майор юстиции, заслуженный юрист СССР. Д. Ильин ― первый заместитель главного редактора журнала "Наш современник".

[100] этим отделом руководил Тимофеев-Ресовский.

[101] Б. Раевский (Boris Rajewsky) (1893-1974 гг.) ― специалист в области изучения радиационного воздействия на организм человека. С 1937 по 1945 гг. директор Биофизического института во Франкфурте-на-Майне. В 1949-51 гг. ректор университета во Франкфурте. С 1955 г. советник комиссии по атомной энергии ФРГ.

[102] Бабков В., "Медицинская генетика в СССР" // Вестник РАН, 2001 г. № 10, стр. 928–937.

[103] не без оснований