— Теперь мне ясно: ты сошел с ума. Да ты и муху убить неспособен.
— Естественно, никого я не убивал. Но мне не удалось бы убедить их в обратном. У меня не было другой возможности спастись, кроме бегства.
— Почему? — возразила Энн. — Я разговаривала с Эбом…
— С кем?
— С владельцем гаража. Ты упоминал его имя. Я перевернула небо и землю, разыскивая тебя эти два дня. Где я только ни искала! Без конца звонила тебе, но телефон не отвечал, тогда я вспомнила про Эба, попросила соединить меня с ним и…
— И что тебе сказал Эб?
— Ничего особенного, — ответила Энн, — Он сказал, что ты уехал, но он не знает куда. И добавил, что оснований для беспокойства нет…
— Именно Эб меня и предупредил, — перебил Виккерс. — Он сказал мне об их намерениях, дал автомобиль, немного денег и выставил из города.
— Невероятно. И кого же ты убил, по их мнению?
— Гортона Фландерса. Исчезнувшего старика.
— Зачем тебе было его убивать? По твоим словам, он милейший старикан. Ты же мне не раз говорил о нем.
— Послушай, Энн, — сказал Виккерс, — Я никого не убивал. Кто-то их настроил против меня.
— Значит, ты не можешь вернуться в Клиффвуд?
— Нет, — ответил Виккерс. — Не могу.
— Что ты будешь делать, Джей?
— Не знаю. Думаю, пока придется скрываться.
— Почему ты не позвонил мне? — спросила Энн, — Почему уехал на Запад? Ты же мог приехать в Нью-Йорк? Если надо скрыться, нет лучшего места, чем Нью-Йорк. Уж позвонить-то ты мог!
— Разве я не позвонил тебе?
— Конечно, позвонил. Потому что остался без единого цента и хочешь, чтобы я выслала тебе денег и…
— Пока я денег у тебя не просил.
— Попросишь.
— Верно, — согласился он. — Боюсь, что попрошу.
— А тебя не интересует, почему я повсюду разыскивала тебя?
— Не очень, — ответил Виккерс. — Ты не хочешь выпускать меня из рук. Какой литературный агент согласится, чтобы от него ушел лучший автор…
— Джей Виккерс, — отчеканила Энн. — В один прекрасный день я распну тебя на кресте и выставлю у дороги в назидание, дабы другим неповадно было.
— Из меня выйдет трогательный Христос. Лучшей кандидатуры тебе не найти.
— Я разыскивала тебя, — продолжала Энн, — потому что Крофорд — фанатик. Он ничего не хочет знать. Я назвала ему совершенно фантастическую сумму, и он не моргнув согласился.
— Я думал, мы покончили с Крофордом, — сказал Виккерс.
— Мы не покончили с Крофордом, — ответила Энн и замолчала. В трубке слышалось только еле различимое потрескивание.
— Энн, — спросил Виккерс, — что-нибудь неладно?