— Это и есть язык гиттов. — Лёгкая усмешка тронула уголки губ Лета. — Он более чёток и у него почти нет длинных слов и потому он звучит непривычно резко. Я сказал: здравствуйте госпожа.
— Здравствуйте, госпожа! — Повторил он фразу на языке гиттов. — Повтори. — Произнёс он уже на языке толлонов.
Ол’Итта открыла рот, откуда донёсся какой-то гортанный звук. Затем её рот закрылся и она с выражением жалости на лице, дёрнула плечами.
— Хм-м! — Лет улыбнулся. — Начало неплохое.
— А можно эту фразу сказать словами толлонов. — С явной мольбой в голосе произнесла Ол’Итта.
Лет погримасничал губами, потёр рукой лоб.
— Легче написать, чем сказать. Разреши!
Он взял у Ол’Итты лист скринвейра и написал несколько строк.
— Здравствуйте, госпожа! — Он провёл стикером по верхней строке. — Здравствуйте господин! — Он провёл по следующей. — До свидания, господа! Рада слышать! Хорошая погода! Солнечный день! Разрешите представить! Я довольна! Это недопустимо! — Говорил Лет ведя стикером по строчкам листа скринвейра.
— Здравствуйте, госпожа! — Раздался рядом с ними звонкий голос, произнёсший фразу на языке гиттов.
Лет и Ол’Итта разом повернули головы — между их креслами стоял сын. Брови отца и матери выгнулись высокими дугами.
— Моя радость. — Ол’Итта провела рукой по голове сына.
— Не хочу заниматься делом, хочу есть. — Произнёс малыш на языке толлонов.
— Пожалуйста, напиши наиболее употребительные фразы. — Ол’Итта поднялась. — Я покормлю сына, уложу спать и вернусь.
— Как скажешь. — Дёрнув плечами, Лет повернул лист скринвейра к себе и принялся что-то писать…
Изучение языка гиттов для Ол’Итты оказалась делом не простым и шло очень медленно. Вместе с ней, добровольно, изучал язык чужой цивилизации и маленький Валл’Иолет, у которого его освоение шло очень хорошо, хотя он не знал букв, но без проблем повторял фразы, произнесённые отцом и запоминал их значения, чем часто пользовалась Ол’Итта, используя в качестве учителя не капитана Лета, а маленького Валл’Иолета.
Узнав, что капитан преподаёт язык чужой цивилизации своей семье, остальные женщины обратились к нему с просьбой, тоже присутствовать на занятиях по изучению языка гиттов. Лет был не против, но воспротивилась Ол’Итта. Компромисс был найден лишь тогда, когда преподавание языка женщинам шло в её присутствии.
Единственная из женщин, отказавшаяся от занятий, была Тан’Сатта.
Через некоторое время учёбы, Лет потребовал, чтобы женщины пытались общаться меж собой на языке гиттов. С трудом, но какое-то подобие общения меж ними начало происходить. До селе достаточно скучная жизнь на корабле повеселела. Если до сих пор женщины большей частью находились в своих каютах, то теперь чаще стали прогуливаться по коридорам дифферента, пытаясь общаться на языке гиттов. Модуль управления дифферента наполнился весёлым гомоном и женским смехом.
Неожиданно выяснилось, что Тан’Сатта, не посетившая ни единого занятия, тоже умеет говорить на языке гиттов и даже гораздо лучше женщин, которые регулярно занимались с Летом, что не ускользнуло от внимания Ол’Итты. Она тут же заподозрила, что Лет тайно посещает Тан’Сатту и что она тут же неприменула ему высказать.
— Я не знаю, где и когда вы встречаетесь, но что это происходит, я уверена, как бы ты ни выкручивался. — Заговорила Ол’Итта с нотками сарказма в голосе, войдя в зал управления и останавливаясь рядом с креслом, в котором сидел Лет.
Подняв голову, Лет удивлённым взглядом уставился в Ол’Итту.
— Откуда Тан’Сатта знает язык гиттов, да ещё лучше всех женщин? — Продолжала иронизировать Ол’Итта.
— Не имею представления. — Лет мотнул головой. — Я её ни разу не видел на уроках.
— И я о том же, дорогой. — Состроив гримасу, Ол’Итта покрутила головой.
— Поинтересуйся у неё. — Лет дёрнул плечами.
— Я хочу у тебя поинтересоваться.
— Я не знаю. — Лет в очередной раз мотнул головой.
— Зато я знаю. — Голос Ол’Итты стал резок. — Только не знаю, кто к кому из вас бегает. А может по очереди шляетесь. — Её лицо приняло выражение снисходительности.
Лет поднялся и стал напротив Ол’Итты.