И ледокол наваливался на лед, нос его поднимался, лед со страшным грохотом прогибался, разламывался, и мы продвигались на одну треть корпуса.
— Малый назад! — говорил капитан в переговорную трубу.
Механик мгновенно переключал на «малый назад».
Ледокол пятился.
Потом мы снова разгонялись, снова взгромождались на ледяное поле, лед снова прогибался под нами, грохотал и разламывался.
Потом нас заклинило. Льдина, которую мы проломили, осталась под корпусом. Ледокол сидел на ней и не мог сдвинуться с места. С боков тоже надвинулись льды. Машина напрягалась вовсю, но корабль не шел ни вперед, ни назад.
И мы бросились помогать нашему ледоколу.
Надо было околоть лед вокруг корпуса. С палубы выбросили кирки и пешни — ломы с деревянной ручкой.
Мы все выстроились вокруг корабля и долбили лед, Сначала из-под пешни вылетали только ледяные искры. Потом стали отламываться небольшие куски.
Скоро я вспотел и сбросил ватник.
Все тоже побросали одежду.
Солнце стояло высоко в небе. Оно было такое яркое, что я все время щурил глаза и слезы текли из глаз. Вообще-то сейчас была ночь. Четыре часа ночи. Но солнце даже грело.
Наконец вокруг корпуса мы продолбили обводной канал, а все куски льда баграми отправили назад, под винт. Потом все бросились на палубу, расталкивая друг друга, капитан скомандовал «малый назад», судно зашевелилось, соскочило с льдины, на которой сидело, закачалось и снова с разгона навалилось на поле.
Но минут через десять ледокол заклинило опять.
Опять мы выскочили с пешнями. Опять стали долбить лед.
От старого места мы были всего метрах в сорока.
Отто Юльевич предложил попробовать рвать ледяное поле аммоналом. Наш Динамит взял взрывчатку и бикфордовы шнуры.
Мы продолбили для него пять лунок через каждые десять метров друг от друга, заложили взрывчатку и отошли.
Динамит с видом самоубийцы поджег бикфордовы шнуры и побежал со всех ног к нам.
Прогрохотали пять взрывов. Лед под нами чуть-чуть дрогнул.
Когда рассеялся желтый дым, мы пошли смотреть на свою работу.
Во льду ни одной трещины. Весь взрыв ушел в воздух, а изо льда выбил лишь небольшие выемки.
— Это разве взрывы, — говорили Динамиту, — это детские хлопушки на новогодней елке.
— Что вы, килограммом можно огромный мост подорвать, — говорил Динамит.
— Попробуем заложить сразу по пять кило, — предложил Отто Юльевич.
Мы снова пошли долбить лунки.
Отто Юльевич пошел с нами. Свою лунку он стал долбить совсем близко от корпуса.
— Я бы не сказал, что для корабля такой взрыв будет полезен, но иначе его не сдвинешь, — сказал он.
Нам принесли в ящике аммонал.
Мы заложили по пять килограммов, разбежались и залегли.