А я, честно говоря, образцовостью поведения в этом плане не отличаюсь.
Невеселый рабочий день заканчивается. Я позволяю себе пройтись по территории клуба, зайти к Миражу. Старый приятель гневно на меня фырчит и старательно отворачивает морду.
– И ты, Брут, – вздыхаю печально, но тем не менее принесенную с собой булку удерживаю на ладони до тех пор, пока Мираж не соизволяет у меня её забрать. Тут же, разумеется, уходит в дальний угол денника и разворачивается ко мне хвостом.
Да-да, он дуется, мы очень давно не катались. Честно говоря, после ссоры с Энджи – всего пару раз. Черт меня дернул позвать тогда Юлю прогуляться верхом. По старой памяти повел коня привычными тропами, да только уже к середине прогулки подташнивало от собственного идиотизма.
Ну зачем?
Ведь эти тропы принадлежали мне и Энджи, и никому больше. С Юлой нужно было искать что-то другое.
И все же тишина конюшен и мирное пофыркивание лошадей за прочными дверями успокаивают. А мне это сейчас ой как нужно.
В мыслях гул, мне необходимо успокоиться и понять, что именно сверлит меня так настойчиво, так упрямо.
Я даже второй раз захожу в медпункт – настропаленные охранники тут же перезванивают, чего это моим кодом сигнализация отключается. Я успокаиваю, прохожусь по медпункту, почти любуюсь на бардак, оставленный при обыске.
Сбрасываю штатной уборщице просьбу сегодня захватить в зону охвата бывшую Шурину вотчину.
Зачем-то заглядываю в шкаф и к своему удивлению нахожу там Юлину куртку. Нет, не запасную. Я точно помню, что утром, провожая Шуру на скорую, она стояла в ней. А потом на обеде уже была без – проклюнувшееся солнышко затопило нас неожиданным, таким не осенним теплом.
Она что, так и уехала без куртки?
С одной стороны – ну, чего страшного, таксист наверняка довез её до двери, с другой… Вообще-то когда она уезжала, октябрьские ветра уже напомнили нам про реальность. И кому-то ведь нельзя болеть!
Куртку забираю с собой.
С удивлением обнаруживаю, что я аж час болтался по территории клуба в своей прострации.
Что бы ни делать, лишь бы домой не ехать.
И все-таки за руль себя загоняю.
Еду, пытаясь сосредоточиться на дороге. В голове – по-прежнему добрая сотня мыслей.
Следователь тоже находит картинку произошедшего неоднозначной.
Да, но это следователь. Работа у него такая – проверять самые малозначительные факты, самые безумные версии. С чего мне маяться этой ерундой?
Наверное, все же по привычке…
А если не Шура отключила сигнализацию?
Мысль щелкает в мозгу внезапно, настолько резко, что я едва удерживаю машину в полосе движения.
Вот бы классно вышло, если бы меня вон на тот столб намотало!
Выравниваю машину, пробую идею на вкус.
Не Шура, а кто? В сигнализации ведь был пробит именно её код разблокировки. Её личный!
Который она вполне могла сболтнуть по дурости подружке или… тете.
Это уже не мысль, а обострившаяся паранойя.
Как в мои мысли о случившемся вдруг забрела Юля? Как она могла бы ввести код, если в это время она была дома, у меня.
Не было ее дома.