Миры Уильяма Моррисона. Том 6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он начал понимать это, когда она впервые поймала мяч, отскочивший от стены, и догадка подтвердилась после того, как она взяла в руки биту и запустила мяч точно между второй и третьей базой. С пониманием этого отношение Хэка к девушке изменилось не в лучшую сторону, он даже почувствовал негодование. Я не представляю себя, игрока центра и ведущего бомбардира лиги, встречающегося с девушкой, которая играет лучше меня. А пока что на ее фоне мы все кажемся просто мартышками.

Например, взгляните, как она переигрывает Джонни. Он бросает метко, едва не выходя за пределы страйк-зоны, но у нее острый глаз, и она не размахивается. Девушка считает до трех, и все. Джонни придется показать ей свой лучший бросок. Он так и сделал! Она замахивается… и отбивает мяч!

Мяч перестал подниматься, пролетая над головой Корбина. Тот мог бы поймать его, если бы быстро прыгнул за ним, но он еще привык к тому, что на Марсе можно прыгать очень высоко, и не подумал об этом, пока не стало слишком поздно. Хэк увидел, что мяч летит к нему, и понял, что на таком расстоянии на Земле он пару раз подпрыгнет, прежде чем доберется до него. Но это не Земле. Я еще успею, если побегу прямо сейчас.

Хэк побежал еще до того, как закончил мысль. Бегают тут, сильно наклонив корпус вперед и толкая себя ногами вперед, а не вверх. Если позволишь себе подняться в воздух, то пройдет довольно много времени, прежде чем ты снова окажешься на земле, в итоге получится, что двигаешься медленно и скачешь, как кенгуру. А если держаться поближе поверхности, можно толкать себя вперед.

Хэк был уже недалеко, когда мячу осталось лететь всего несколько метров, и он отчаянно прыгнул. Его перчатка оказалась под лошадиной шкурой — иногда мяч все еще так называли, хотя теперь его всегда делали из пластика — как раз перед тем, как тот коснулся земли, затем Хэк проехался лицом по траве, а с трибун донеслись осторожные аплодисменты.

Вдохновленный приемом Хэка, Джонни Кирк обыграл следующего кэтчера и заработал пятый страйк за игру. Потом настала очередь чемпионов бить по мячу. Хэк воспользовался этим и улучил момент снова поговорить с Кэй.

— Отличный прыжок, — сказала она так, будто порадовалась этому. — Ты лишил меня хита.

— Ты поступила со мной точно также, — сказал Хэк.

— Я не сделала ничего особенного. Мы никогда не видели подобной игры на поле.

Да, подумал он, когда сел. Я непременно хотел бы почувствовать, что мы играем, как чемпионы мира, как это должно быть. Если все и дальше пойдет так, мы будем играть красиво, но все раны заработают они.

Впрочем, в первой половине седьмого иннинга начало казаться, что все меняется. Левый полевой игрок Фил Маньо вышел первым и добежал до базы. После него первый принимающий Боб Портер отбил мяч, который должен был стать легким аутом для марсианского принимающего. У него в перчатке словно была дыра, потому что мяч каким-то образом выкатился из нее и оказался на поле. Фил побежал к третьей базе. Боб взял вторую.

Следующим вышел Джонни Кирк и быстро отбил мяч.

Еще два аута, подумал Хэк, когда следующий бьющий Корбин медленно зашел на позицию. Лучшего шанса у нас не будет.

Добряк, согласившись с ним, приказал отбить мяч, как можно дальше.

Корбин яростно замахнулся при первой подаче.

Мяч направился прямо к середине поля. Он летел не так быстро и высоко, как после удара Хэка, и девушке пришлось бежать, чтобы успеть за мячом. Но сейчас он медленно перелетел через нее, ударился о стену рядом с землей и отскочил так, что поймать его было невозможно. Осталось два рана, с ликованием подумал Хэк.

Но Кэй двигалась быстро. Она схватила мяч, резко развернулась и бросила его прямо на третью базу. Один раз отскочив от земли, он добрался туда, и Корбин, готовившийся бежать на вторую, рванулся обратно.

Краво получил несколько страйков и заработал право бежать, а де Филиппо после него записал на свой счет двойной аут.

Марсиане потерпели неудачу в своей половине седьмого иннинга, и Хэк первым вышел в восьмом.

— Бей низко, — сказал Добряк. — Если мяч будет долетать до внешней части поля после отскока, ты успеешь добежать до базы.

Хэк кивнул и встал на позицию. Первый мяч пролетел вне зоны. Второй метил на страйк, летя чуть ниже высоты плеча. Хэк ударил по нему, и тот, как молния пролетел мимо второй базы. Мяч двигался по идеальной прямой. Хэк не мог не подумать, что на Земле снаряд упал бы на землю и отскочил бы еще до аутфилда. Но мяч летел на высоте колена, когда Кэй немного наклонилась и поймала его.

Гарсон заработал право бежать. Малевски отбил один мяч, и принимающий соперников поймал его после отскока от стены. Фил Маньо, пытаясь бить низко, как приказал менеджер, запустил мяч в землю прямо перед питчером. Мяч перелетел через голову последнего и оказался в руках принимающего, который бросил его на первую базу и заработал аут.

Еще один иннинг, подумал Хэк. Последний шанс. Мой последний шанс. Она мне нравится, но если мы проиграем, я не буду с ней встречаться, будь она хоть последней девушкой на Земле и Марсе. Никакой мужчина не захочет, чтобы его жена была лучшим центровым, чем он сам.

Жена? Кажется, я спятил, раз думаю о женитьбе. Прямо в разгар игры. Только вот я не могу предложить ей выйти за меня, если мы проиграем, так же, как обычный парень не может просить руки богатой девушки. У мужчин, особенно у бейсболистов, есть гордость.

Марсиане выиграли свою половину восьмого иннинга, и это усугубило уныние Хэка. К тому же, это Кэй заработала хоум-ран.

Начало девятого, подумал Хэк. А они на три рана впереди.

Портер, который должен был выйти первым, вопросительно посмотрел на Добряка.

— Хочешь, чтобы я бил низко. Добряк? Я вроде как начинаю понимать, как играть при низкой гравитации.

— Слишком поздно, — покачал головой Добряк. — Если бы у нас была недельная практика, все было бы по-другому, но если сейчас попытаешься разобраться, как махать битой, то совсем запутаешься. Словно сороконожка, обдумывающая, с какой ноги ходить. Выкинь из головы все мысли, выбирай хорошие подачи, и бей так хорошо, как только можешь.

— Понял. Сделаю.