— Боже, Джорджи. Я не знал, что ты тоже так можешь. Я думал, только я могу отправлять свою голову, куда захочу. Когда ты этому научился?
— Не знаю, — ответил Джорджи. — Может, моя голова плохо крепилась.
— Плохо крепилась?
— Мамочка говорила мне, что если она плохо держится, то я ее потеряю. Думаю, так и случилось.
— Хочешь сказать, тебе она тоже так говорила?
— Да, — ответил Джорджи. — Много раз. Как только я что-нибудь терял.
— А я думал, она только мне так говорила!
От этого свидетельства двуличности матерей, Ларри на секунду охватило изумление. Он мог поспорить, что они так пугали всех своих детей!
Только самого главного они знали. В противном случае, они бы говорили: «Если бы твое тело плохо крепилось, ты бы и его потерял». А не голову — поскольку это и есть ты. Нельзя потерять ее.
Родители слишком стары, подумал Ларри и предположил, что они забыли, каково быть детьми.
Его размышления прервались тихим, жалобным стоном младшего брата.
— Ларри.
— В чем дело? — нетерпеливо спросил Ларри.
— Я хочу есть.
— Ты всегда хочешь есть. Но сейчас нельзя.
— Я хочу земляники.
— Глупенький, нам некогда есть. Нам нужно идти домой. Кроме того, без рук ты не сможешь сорвать ягоду. Тебе придется срывать ее ртом, и ты весь исцарапаешься.
— Если ты мне не дашь поесть, я заплачу!
— Давай, реви. Мне все равно. Я просто улечу, а ты останешься здесь.
— Ну и лети. Я люблю землянику, — упрямо сказал Джорджи. — Я найду свои руки и съем целую кучу земляники.
— Я не стану тебе мешать. Но родители зададут тебе хорошую взбучку, если узнают, что ты ешь землянику посреди ночи. А где, вообще, твои руки и все остальное?
— Вон там.
— Где там?
— Не знаю. Я найду их.
— Найдешь… о, да, ты найдешъ! Разве ты видишь, как тут темно? Нам придется обшарить весь лес. Глупое ты дитя!
Джорджи упрямо сжал губы, как делал всегда, когда не понимал, за что его ругают.
— И еще кое-что, — сказал Ларри. — Что, если те, кто тебя ищут, сначала найдут твое тело?
— Мне все равно.
— А зря. Могу представить, что скажет тебе мама. Давай, надо начинать искать. — Ларри забеспокоился.
Но как можно было что-то искать, когда свет был таким слабым, а лес — таким густым? Голова Ларри опустилась поближе к земле и Джорджи, который, несмотря на храбрые слова, очень боялся остаться один, последовал за братом. Землю усеивали листья, прутики и засохшие ветки, упавшие с деревьев. Тут были жутковато выглядящие пни и старые деревья, давным-давно, потерявшие листву, и Ларри везде ощущал кислый запах, будто дикие ягоды или шелковица, попадала на землю и сгнила.