— Да, она здесь довольно высокая, но я полагаю, что это трава. Сабина, здесь, кажется, все слишком большое.
— Черт побери, пап, — сказал Джерри, — ты думаешь, что звери здесь такие же большие?
— Наверное. Но я думаю, нам не стоит о них волноваться. Атомные винтовки смогут их отпугнуть.
— Ты разрешишь мне пострелять из винтовки, папа? — нетерпеливо спросил Лестер.
— Нет, — коротко ответил Джордж. — И больше меня не проси.
— А я смогу стрелять, папа? — спросил Джерри. — Мне уже одиннадцать лет, почти двенадцать.
— Никто не дотронется до винтовки, кроме вашей матери и меня, — сказал Джордж. — А теперь, если вы позволите, я пойду на посадку. И я не хочу, чтобы кто-то отвлекал меня, пока я приземляюсь.
Он без проблем приземлился почти в самом центре поляны и отправился взять образцы воздуха и почвы. Дети нетерпеливо ждали результатов, стремясь оказаться на свежем воздухе. Сила тяжести здесь была низкой, чуть ли не в половину земной. Они замечательно проведут время, бегая и прыгая вокруг — если не будет никакой опасности.
Но пока что придется подождать, подумал Джордж. Потребуется три часа, чтобы закончить анализы, и хотя на корабле имеется широкий набор антибиотиков, было бы глупо рисковать. Не стоит гнать лошадей. Пока они не убедятся наверняка, что здесь нет никаких вирусов или прочих чужих форм жизни, с которыми не смогли бы справиться их лекарства.
Сабина провела это время, готовя обед. Потом все посмотрели стереофильм, а после просто глядели на Джорджа, ни слова не говоря, но раздражая его простым присутствием. Джордж и без этого волновался, а когда проснулся Карл и начал плакать, он был готов выпустить всех наружу, не дожидаясь завершения анализов.
Но он этого не сделал. Он честно прождал все три часа, и, наконец, сказал:
— Хорошо, можете идти… Но только с матерью. Сабина, возьми винтовку, а им раздай карманные пистолеты. А я тем временем займусь ремонтом.
— Но, дорогой, ты не сможешь добраться до двигателя, пока он не остынет.
— Знаю, но я хочу пока приготовить инструменты. А теперь, Джерри и Лестер, запомните. Нигде ни на секунду не оставляйте свои пистолеты. Направляйте их в землю, а не цельтесь друг в друга. И держитесь поближе к матери.
— Хочу пистолет! — тут же завопил Карл.
— Можешь вопить хоть до хрипоты, дружище, но ты не получишь пистолет. По крайней мере, еще два года. Убери его, Сабина, пока это жужжание не подействовало мне на нервы, а то я могу его прихлопнуть, приняв за марсианского москита.
Сабина поспешно увела Карла, и Джордж глубоко вздохнул. Ах, моя долгожданная тишина, подумал он. Плохо только, что долго она не продлится.
Джордж достал ремонтный комплект. Затем открыл антирадиационный пакет и сделал себе укол. Следовало сделать их Сабине и детям, подумал он. На всякий случай, если они будут крутиться возле двигателя, пока я его ремонтирую, и случайно получат дозу радиации. Даже Карлу… особенно Карлу. С ребенком, который сует свой нос куда угодно, нельзя рисковать. К тому же, возможно, укол убедит его, что я говорю серьезно, когда заявляю, что меня нельзя беспокоить во время работы.
Они оставили корабельный люк открытым, и густой воздух планеты ворвался внутрь. Сначала было немного трудно дышать, но Джордж знал, что вскоре привыкнет к этому без всяких последствий. Ему приходилось привыкать и к худшему воздуху. Но почему, черт побери, снаружи так тихо? Чем там занимаются Сабина и дети? Хорошо, что его оставили в покое, замечательно, что Сабина позаботится обо всем, подумал Джордж, я должен признать, что она мила, но все-таки это странная планета, и тут может быть опасно. В конце концов, она лишь слабая женщина, а дети — ну, всем прекрасно известно, что дети всегда суют свои сопливые носы, куда не следует. А такая глубокая тишина уже кажется зловещей.
Джордж взял винтовку со стойки и вышел наружу.
Снаружи все было спокойно, но странно. Трава — красно-зеленые стебли с необычными сочленениями, толщиной в фут и даже больше, тянулись на пятьдесят футов вверх и колыхались там выше корабля, который при приземлении прожег в них широкую полосу. Ветерок не утихал, и стебли шелестели вверху, когда он шел среди них. Трава была влажной, словно недавно прошел дождь. Вероятно, поэтому огонь не распространился далеко.
Через прожженную в траве просеку он видел, как в дюжине миль отсюда вздымаются ввысь деревья-горы. Они больше походили на громадные марсианские кактусы, чем на деревья. Если ветер вообще мог их поколебать, то столь незначительно, что этого невозможно было увидеть. Они стояли неподвижные, точно замороженные.
Однако, встревожили его не растения, а животные. Сперва Джордж услышал отдаленный шум, словно что-то ломилось через заросли. Затем все стихло, но чуть позже шум возник снова, уже громче и ближе.
Затем из леса-травы выпрыгнуло маленькое красноватое существо. Оно бежало настолько быстро, что у Джорджа остались лишь смутные представления о форме его головы. Но не о количестве ног. А за ним гнался великий охотник Карл, который указывал на него пальцем и вопил: «Бах! Бах!». За Карлом выбежал Лестер, вскинул пистолет, и раздался гораздо более громкий и зловещий звук выстрела.
Стебель травы, разорванный пулей пополам, согнулся, сломался и полетел вниз, чуть было не прибив нетерпеливо рвущегося вперед Карла.
— Лестер! — закричал Джордж. — Прекрати стрелять! Остановись, слышишь?
За Лестером появился Джерри, и позади всех — Сабина.
— Что здесь происходит? — спросил Джордж.
Дети сразу же принялись объяснять, причем все трое сразу, но Джордж велел им заткнуться.
— Они гнались за животным, — сказала Сабина.