— Вам не перестрелять их всех! — крикнул он и толкнул подчиненного к кораблю.
Одно из существ, получивших пулю, пошатнулось и упало, но остальные продолжали бежать, не обращая внимания на упавшего.
Когда рев животных замер вдалеке, Чао встал и вышел из-за дерева. Остальные выбрались из корабля и подошли к нему.
— Они глупые, не так ли? — мрачно спросил Маккензи. — Да они чуть не убили нас всех.
Капитан Гонзалес оценивал повреждения. Все кругом было разворочено.
— Погибло два человека, — спокойно сказал он, — и ранено семь. К тому же, разрушен лагерь.
— Они уничтожили экземпляры, которые я изучал, — обвиняющим тоном добавил Чао, словно это стало большим бедствием, чем убийство и разрушение.
Все на мгновение уставились друг на друга. Гонзалес пожал плечами.
— С этого момента необходимо принимать меры предосторожности. Мы ведь понятия не имеем, какую форму примет следующее нападение. Вообще, происходит что-то странное.
К ним подошел один из команды.
— Капитан, — взволнованно заговорил он, — помните, Клей попал в одну из зверюг? Она не может двигаться, но все еще жива.
— Живая или мертвая, она опасна. Убейте ее.
— Минутку, капитан, — нетерпеливо сказал Чао. — Живой экземпляр нам полезнее мертвого. Давайте спасем его и поместим в клетку. В свинцовую клетку.
— Зачем? И как это сделать?
— Сначала я отвечу на ваш второй вопрос, капитан. Я могу усыпить животное пульверизатором с анастезирующим средством, — сказал Чао. — Уверяю вас, с этим не возникнет никаких сложностей. Что же касается вопроса «зачем?»… Ну, мне очень не хочется этого делать. Но я вынужден согласиться с Маккензи. По многим причинам. Во-первых…
— Пропустим это, — сказал Гонзалес. — Вам нужна эта зверюга для изучения. Хорошо, забирайте ее. Но будьте осторожны. Это здоровая скотина, а нам не нужно, чтобы с вами произошел несчастный случай. Вы нам необходимы в рабочей форме.
— Спасибо, капитан.
— Ничего личного. В настоящий момент вы важны для нас, только и всего.
— Небольшая ошибочка, капитан, — вмешался Маккензи. — Насчет важного на этой стадии игры. В первую очередь мы должны исследовать радиоактивные излучения от той твари. А радиация — мой конек.
Чао стал готовить анестезирующий пульверизатор, а Маккензи — собирать волновой анализатор. Немного спустя животное усыпили и затащили в прозрачную клетку из армированного сталью пластика, помещенную в стакан из освинцованного стекла. Пока оно еще лежало без сознания, Маккензи вошел в клетку и принялся устанавливать в разных местах волновые приемники так, чтобы животное, кода очнется, не заметило их и не сломало.
— Смотрите! — внезапно завопил Гонзалес.
Маккензи резко обернулся. Большие глаза существа были открыты. Оно все еще лежало на полу клетки в том же положении, как его оставили, но теперь безучастно уставилось на него. Маккензи стал отступать к двери, и голова животного внезапно повернулась, чтобы держать его в поле зрения. Затем задергались ноги, огромное животное, по-прежнему с пустыми глазами, стало подниматься, пошатнулось и ударилось о стенку клетки. Затем оно упало и опять замерло неподвижно.
Маккензи захлопнул за собой дверцу и тщательно запер ее. Потом вытер рукой вспотевший лоб и обвиняюще посмотрел на Чао.
— Я думал, вы действительно усыпили его!
— Я так и сделал. Смотрите, оно все еще без сознания.
— Но оно же попыталось встать. Не могут же его мускулы двигаться сами по себе.
— Возможно… — неуверенно начал Чао. — Возможно, те паразиты… у них есть нервная система… Нет, это слишком уж фантастично!
— Не бойтесь фантастичного, Чао, — сказал капитан Гонзалес.
— Вы думаете, что они не были усыплены и управляли животным изнутри?
— Именно эта мысль пришла мне в голову, — признался Чао. — Однако, это полный бред.