– Ох, Ида!
– Уговорил, можешь остаться, – меня стошнило еще раз. А потом еще.
Когда все закончилось, я отодвинулась к стене. Дрожащей рукой откинула со лба влажные волосы, поймала внимательный взгляд Дарлана и буркнула:
– Ну чего так смотришь?
Он покачал головой и повторил:
– Ох, Ида! Это же не… это же не значит, что ты… – закончить фразу, произнести то самое заветное слово, оказалось для него невыполнимой миссией. Видимо, как и я, боялся, что язык отсохнет. Или еще хуже: опасался, что хворь, на которую он намекал, указывая в район живота, неведомым образом перекинется на него.
Иронизировать было выше моих сил, потому я отмахнулась:
– Спятил? Нет, конечно.
– Уверена?
– Нельзя забеременеть, постоянно принимая гнилость. Я уверена.
– А ты ее принимала? Посмотри на меня, Ида: ты ее принимала? – судя по растущей интонации, Дар заметно нервничал. Он никогда не был обо мне высокого мнения, с его точки зрения, я ходячая сильно пьющая катастрофа, и в последнее время масштабы катастрофичности возросли, ведь со мной приходилось считаться уже всерьез. И его нервозность объяснялась просто: про беременность Августы мне известно, следовательно, по мнению Дарлана, я вполне могла выкинуть что-нибудь эдакое, например, притащить в подоле от Актера, чтоб Александру неповадно было. Мысль закрученная, но для Дарлана вполне естественная. Тем более, он не догадывался, что про Августу я узнала на днях и попросту не успела бы провернуть настолько коварный план.
И опять же, сил на полноценный ответ не нашлось.
– Отстань, а? – попросила я.
– Если это так, я тебя убью.
– Договорились. А сейчас, прошу, уйди с глаз, а то тошнота вернется.
Дарлан кивнул и даже сделал шаг назад, но вдруг застыл, глядя на меня.
– Что еще?
– Ида, посмотри на свои пальцы.
Я опустила взгляд: мои пальцы потемнели.
Дарлан отошел еще на шаг, глядя на меня уже по-другому. Со страхом.
Глава 20. Двойная расплата
Все произошло в считанные дни. Только вчера с Тенет дошли слухи о главном симптоме болезни: почерневших пальцах, а уже сегодня Вилив с лица земли стерла Мертвая Армия.
Дальнейшие события для меня смазались. Кажется, Дарлан ушел, наконец оставив меня в одиночестве. Я прилегла на холодный пол и закрыла глаза, словно не проспала… понятия не имею, сколько я проспала. Но казалось, всего ничего, хотелось еще. Но сон не шел из-за жуткого холода и невозможности согреться. Выходить из ванной не хотелось, да и вряд ли стоило это делать, учитывая новые обстоятельства.
Меня еще раз стошнило уже пустотой, дрожащие пальцы размазывались перед глазами, выглядели нечеткими. Но такими же темными, будто кто-то прихлопнул их дверью от всей души. О симптомах мертвой чумы я знала лишь теоретически, но отлично понимала, чего испугался Дар. Если я… если все так, то остальные проблемы, которые он так старательно перечислял, обесценятся в один миг. Какие проблемы могут быть у кучки покойников?
Кое-как я сняла обувь, штаны, осмотрела ноги. Пальцы вроде чистые, но темные пятна присутствовали на бедрах. Похожи на огромные синяки, но не такие болезненные. Может, дальше будет хуже, не зря же меня так лихорадит. Про всякие болезни я знала крайне мало и в основном в теории, но помнила, что такая лихорадка и постоянный холод – плохие знаки. Где-то далеко люди от такого даже умирают.
Хлопнула дверь, раздались голоса. Дарлан вернулся? Жаль, понятно же, что по мою душу. Теперь меня вряд ли оставят в покое, а так хотелось! А еще я мечтала об одеяле, а лучше – сразу о двух. Может, хоть так согреюсь. Мерзнуть до ломоты во всем теле весьма утомительно. И вообще… все утомительно.
– Пусти меня, сказала! – знакомый голос звучал из-за двери.
– Да подожди ты, отважная какая! Говорю же, ее руки…
– Дарлан Бурхадингер, я все прекрасно слышала про ее руки! И если ты сейчас же не отпустишь мою руку, я сообщу в Храм о твоем поведении с касталом! Будь уверен, крови за такое тебе попортят немало!