– Все нормально? – поинтересовался, глядя на меня с беспокойством.
– Все хорошо, – одними губами прошептала я.
Вранье. И он мне не поверил, я это видела. Но кто, грабя Храм, чувствовал бы себя в своей тарелке? Вот и Актер списал мою нервозность и кривые шаги, совсем мне несвойственные, на незаконность нашего деяния:
– Не волнуйся, я рядом. Скоро мы уйдем.
– Хал, я не ребенок, не надо меня успокаивать.
– Просто у тебя такой взгляд… никогда прежде не видел, чтобы твои глаза были такими круглыми и напуганными.
Эти самые напуганные глаза я демонстративно закатила:
– Да-да, еще посмейся надо мной, такой трусихой!
– Ты меня удивила. Не думал, что ты хоть чего-то в жизни боишься.
– Еще как боюсь. Помещений без окон, холода и лязга решеток. Мы не можем закончить с этим побыстрее? У меня наверху еще информация по текущему расследованию, – напомнила я, получилось немного нервно. Просто Хал стоял слишком близко и пристально смотрел в глаза, а к этому невозможно привыкнуть. Иногда еще ничего, но сейчас я хотела скинуть с себя его взгляд.
– Идем, – он крепко взял меня за руку.
Спуск закончился еще одной решеткой, за ней начиналась лестница уже деревянная и крайне ненадежная на вид. В этот раз пришлось потрудиться, чтобы найти личину замка, стены выглядели гладкими и нетронутыми. Хал повертелся и сразу сосредоточился на полу. Подумав, я решила, что это дельная мысль, и сделала так же. Но куда мне соревноваться с самим Актером, тем более в подобных делах! Он поддел один из камней и поднял его вверх.
– Справишься?
Хал посмотрел на меня так, что я пожалела о вопросе. Все понятно, ставить его навыки под сомнение запрещено, мужское эго не создано для подобных испытаний. Мое дело – надеяться и верить, а не лезть к человеку с глупыми вопросами, что справедливо, учитывая минимальный вклад в общее дело.
Трюк со столом пришлось повторить, хотя Хал и сообщил, что тут механизм решетки чем-то уравновешен. Возможно, из архива можно выбраться, в отличие от более высоких этажей, но подстраховаться никогда не лишне. С последним замком Хал возился дольше, чем со всеми предыдущими, за это время я едва не начала грызть ногти от нетерпения. И бездействие сказывалось, оно нервировало больше всего остального. Хотя о чем я… с остальным ничто не сравнится.
Решетка лязгнула, я вздрогнула от неприятного звука и подвинула стол. Как и говорил Хал – это не понадобилось. Перед нами вилась лестница и чернел провал пропадающего внизу архива.
Хал отправился первым, освещая дорогу. Меня уже немного потряхивало. Скоро, уже совсем скоро все закончится, темнота и сырость останутся позади, как и близость Посмертья. Это тоже не самое приятное ощущение.
Думая о своем, я не сразу заметила, что нас уже окружают книги. Деревянная лестница заворачивалась вокруг своей оси, а вокруг нее вниз спускались бесконечные полки, насколько хватало глаз. На корешках значились номера и только иногда я замечала названия, фамилии, что-то информативное. Мне вдруг подумалось, что для цели, которую преследовал Хал, в этом архиве пришлось бы провести не один день, а может, и не один месяц. Спуск все не прекращался, как и залежи книг вокруг, они словно парили в темноте, кружили голову. Или это делала узкая лестница. Или близость самого Посмертья. Или объяснение еще проще: все дело во мне, ведь это я двигалась к неизбежному, шаг за шагом, так быстро, что пульс зашкаливал.
Наконец, спуск закончился, дышать стало немного легче. Хал молча указал сначала в одну сторону, потом в другую. И еще раз, и еще. От лестницы по сторонам расходились лучи-коридоры, стены каждого из них заставлены книгами, дневниками, чем-то еще. С номерами, буквами, символами… и так на сколько хватало глаз. Всего я насчитала двенадцать коридоров, и даже со своего места видела, что это только начало, от этих коридоров ответвлялись новые и новые, и так до бесконечности. Это не архив, это лабиринт, из которого можно никогда не выбраться. И ничего здесь не найти.
Храм надежно хранит свои тайны. Самое время и Актеру это понять.
Я поймала его удивленный взгляд и пожала плечами:
– Ты ведь не думал, что все обойдется вскрытием замков?
– Второй шанс может выпасть нескоро, – ответил он без эмоций. – Мы должны попытаться. Тем более, я ведь говорил: у меня есть некоторые номера, и даже тут должна быть система. Мы найдем, что требуется. Время есть.
– Хорошо. Называй первый номер…
Глава 18. Звук захлопнутой ловушки
Язык способен изменить сознание. Фраза известная, но ее глубинный смысл открылся мне совсем недавно, ведь я овладел языком, способным изменить не только сознание одного конкретного человека, но и весь мир.
Мы свернули в один из коридоров. Уже через несколько шагов лестница за нашими спинами утонула в темноте, коридор вытянулся в линию, которой не было конца. Ни с одной стороны, ни с другой. Если не знать точно, откуда пришел, можно потеряться уже здесь, в двух шагах от спуска. Несмотря на холод, я сняла рубашку и оторвала рукава, остатки надела обратно. Нещадно разделив рукава на мелкие куски, бросила на пол первый.
Хал увидел, чем я занимаюсь, и покачал головой:
– Не волнуйся, эти лабиринты ничем не отличаются от тех, что в Низменности.