Они вошли, Эма склонила голову в приветствии, посмотрела после этого в глаза каждого. Назэ был непоколебимым и строгим, ничего не выдавал глазами. Хаганэ смотрел тепло и с сочувствием, улыбался с поддержкой. Саитама склонил голову в ответ, глаза были сострадательными и глубокими.
— Итак, — Саитама прошел в комнату, скрестил руки, Назэ закрыл за ним дверь, — ты приняла решение.
— Да.
— Эй, Эма, ты остаешься? — Хаганэ закинул руку ей на плечи и крепко сжал.
Она рассмеялась, прижала его к груди, чтобы он не упал.
— Ага, — она посмотрела на Саитаму и Назэ. — Я остаюсь.
Слабая улыбка появилась на губах Саитамы, он кивнул.
— Нужно разобраться с еще одним делом, которое я еще не решил, — он посмотрел в глаза Хаганэ и продолжил. — Убийца, лишивший меня родителей. Мне нужно знать, что он — или она — не в этой комнате, — Саитама посмотрел темно-карими глазами на нее, а потом на Назэ.
Духи адов. Эма не знала подробностей убийства, но даже не думала, что он будет ее подозревать. Может, сначала он и не подозревал. Назэ проверил ее для Саитамы. Она взглянула на Назэ. Была ли причина у этих сомнений?
— Сожалею о потере, — она склонила голову, — но, клянусь, я не в ответе за это. Я была весь прошлый год у монахов и услышала лишь кратко новости, когда вернулась к Тайшо.
Он удерживал ее взгляд еще миг, повернулся к Назэ, который не переживал и не был удивлен.
— Ты вправе требовать это, командир, — Назэ опустил руки по бокам. Он низко поклонился, испугав ее этим жестом. Он редко вел себя так с остальными, насколько она помнила. — Я понимаю, что из-за того, что я не смог обнаружить преступника и отсутствовал, этот случай произошел, и я буду жалеть об этом до своей смерти. Но я не управлял мечом, который лишил тебя их. Однако я виноват, что не предотвратил это.
Эма ощущала правду и уверенность в его словах и во всем его теле. Она посмотрела на Саитаму, он смущенно скривил губы, словно не мог решить, что думать о Назэ в этот миг. Или между ними было что-то еще, что она не понимала. Что-то искрилось в его глазах, но быстро пропало.
Хаганэ коснулся ее руки.
— Он знает. Просто нужно было услышать слова.
Она кивнула. Назэ выпрямился, и между ним и Саитамой произошел разговор без слов. Последний фыркнул и цокнул языком.
— Хорошо.
— Продолжим, — Назэ подошел к ней. Он взял ее за руку и увел от Хаганэ. — Хоть ты согласилась дать клятву, тебе нужно кое-что обдумать.
— О?
— Я уже получил обновленные клятвы от тех, кто хотел их дать, — сказал Саитама. — Но клятва верности — это клятва клану, потому это клятва его лидеру. Я не уверен, что в Тайшо было так.
Она покачала головой.
— Отчасти. Верность означала выполнение всех приказов лорда-командира без возражений. Шансов спорить почти не было. Это одна из причин, по которой Тайшо росли и побеждали.
Саитама кивнул.
— Клан Рен никогда не требовал клятву человеку или должности. Но я подумал, что, учитывая нашу ситуацию, нужно это изменить.
— Я не буду предлагать слепое послушание кому угодно. Я уже это сказала прошлой ночью.
— Нет, не послушание. Я думал о клятве чести… между нами четверыми.
Эма посмотрела на каждого по очереди.
— Так ты не хочешь, чтобы я клялась клану?
— Не прямо. Ты не будешь прикована к клану, так что сможешь поступать, как хочешь.
— Хотя мы хотим, чтобы ты билась с нами, — Хаганэ коснулся ее плеча, — ты не обязана становиться Рен, если не хочешь.