Но она в этом не нуждалась. Он усмехнулся. Если подумать, защита нужна была Акито.
27
В ранние часы утра Эма наслаждалась таким долгожданным купанием.
Назэ договорился с Ариной, время выбрали, чтобы ее не побеспокоили и не обнаружили, пока Саитама официально не сообщил о ее присутствии.
— Признаюсь, — сказала она Назэ, пока они шли к ее старой комнате, — было бы приятно иметь кровать, которую я могу называть своей.
— Надеюсь, ты не только поэтому принимаешь его предложение.
Эма усмехнулась, качая головой.
— Шутка, Назэ. Порой можно улыбаться.
Как обычно, он не повеселел.
— Я вернусь позже.
Как тени, которые он так хорошо знал, он выскользнул из комнаты без звука.
Она вздохнула и опустилась на пол для медитации. Закрыв глаза, она погрузилась в ритм медленного дыхания, искала спокойствие, которого ей давно не хватало.
Эма почти всю ночь ворочалась, пытаясь принять решение, хотя все указывало, что нужно было остаться и помочь Рен. Она пять месяцев убегала, не смогла разобраться с Ичиё, и это ее вымотало. Возвращение к жизни, где ни на кого нельзя положиться, не радовало. Она всегда была с командой, даже если часто настаивала, что все сделает сама. Она, пожалуй, принимала надежных спутников как должное в прошлом.
Тут были хорошие люди, которые не обращали внимания на то, кем она была раньше. Арина, Хацуки, Тесуке были добрыми с самого начала. Даже капитан Тоджиро принял ее присутствие после налета. И Сенмей, конечно, который помог незнакомке не умереть.
Как она могла их бросить? Она понимала нависшую над ними угрозу, и уйти, не оглянувшись, казалось… неправильным. И один человек мог изменить баланс жизни и смерти.
Ей нужно быть тут.
В дверь тихо стукнули три раза, отвлекая ее от мыслей.
— Да?
Назэ прошел в комнату, голубые глаза скользнули по ней.
— Они скоро прибудут, — он опустился на колени, чтобы убрать ее футон.
— Я и сама могу это сделать.
— Не нужно, — он свернул одеяла и убрал все в шкафчик у стены. А потом вернулся к двери.
— Назэ.
Он замер, повернулся к ней, сжав губы в линию. Они еще не обсудили ее мечи, пояс и прочее.
Эма встала и поклонилась, жар прилил к щекам. Она была в долгу перед ним, даже если он не хотел ее благодарности. Не нужно было даже произносить слова, они все понимали.
Она встала, увидела его расширенные глаза. Он быстро вернул маску безразличия.
— Я говорил…
— …что в этом нет необходимости. Знаю. Но это нужно. Просто прими.
Он смотрел на нее еще миг, потом скрестил руки и отвернулся к чему-то в коридоре. Он не злился. Смутился? Она его задела?
Голос Хаганэ зазвучал в коридоре, а за ним с голос Саитамы, немного ниже. Она сжала кулаки на коленях. Вот и все. У нее был еще шанс выбрать.