3 августа 1992 года.
— Том, ну не будь таким врединой! — хлопнула себя в пухлые бока Мелисса.
— Я сказал — нет! Чего тут непонятного? — подкатил глаза мальчик, усаживаясь на софу и беря в руки джойстик. — Я не хочу никуда ехать! Если отец так хочет где-то отдохнуть, то может съездить без меня! Я и дома прекрасно проведу каникулы!
— Ты и так уже целый месяц провел дома! — продолжала возмущаться Маккарти. — В чем проблема, Том? Почему ты не хочешь съездить с отцом во Францию?
— Мне это не интересно, — сухо ответил он, уставившись в выключенный телевизор.
— Ну а что тогда тебе интересно? Просидеть всю жизнь в поместье одному и проиграть в эту ерунду? — пнула она ногой приставку.
— Эй! — возмутился Том. — Не трогай ее!
— Хочешь расскажу, что будет с тобой в будущем, не начни ты менять что-то уже сейчас? — продолжила свои речи Мелисса уже более спокойно. — Вот так вот ты и просидишь в одиночестве в этой комнате и не увидишь много всего интересного и прекрасного. Знаешь, если бы мне в твоем возрасте предложили поехать в другую страну, то я бы согласилась, не раздумывая. Путешествия — это так восхитительно! Столько нового можно увидеть и узнать! Но, если ты не хочешь, Том, то пожалуйста — сиди и играй в свою… Свою хуйню! — еще раз пнула она приставку. Девушка подошла к открытому окну, уселась широким задом на подоконник и закурила. — И твой отец — Кристофер… Он изо всех сил старается сделать тебя счастливым… Старается наладить с тобой доверительные отношения… А ты просто берешь и кладешь на него огромный такой хуй! Я с тебя просто охреневаю, Том… Мог бы хоть раз выйти из своего «панциря» и пойти навстречу отцу! Это же не тяжело! Что с тебя убудет, согласись ты на отпуск во Франции? Да ничего! А вот твой отец еле смог выбить отпуск, так долго выбирал куда бы съездить, чтобы тебе понравилось! Купил билеты во Францию, а ты просто сказал, что не хочешь никуда ехать и устроил по этому поводу истерику!
Том виновато опустил взгляд, даже и не зная, что на это все сказать, ведь почувствовал, что вновь поступил нехорошо по отношению к отцу.
— Знаешь, а больше сказать мне и нечего, — сказала Мелисса, щелчком отбросив недокуренную сигарету в окно. Она встала с подоконника и направилась к выходу. — Хочешь вот так вот прожечь жизнь — твой выбор! — выпалила она и вышла из комнаты.
Том повернул голову и задумчивым взглядом уставился на дверь.
«Послушай, Том, и впрямь, твоя жизнь будет скучна и неинтересна, если ты будешь вот так вот просиживать ее в своей комнате. Да и к тому же, случись все так, то окажется, что твоя мать была во всем права! Ты должен сделать так, чтобы слова этой сумасшедшей суки не оправдались! Да и отца, конечно, тоже жалко… Грубо ты с ним опять поступил. Так и что же делать? Согласиться на эту поездку во Францию, Том? А почему бы, собственно говоря, и нет?» — поразмыслил мальчик, отбросил в сторону джойстик и поспешил на выход.
Вот так вот Том Харди и поехал с отцом в свое первое путешествие, а если быть более точным — во Францию, на Лазурный берег.
Отец и сын пробыли на курорте вот уже несколько дней. Тому не особо нравилась эта поездка с ее бесконечными экскурсиями и бестолковым времяпрепровождением на песчаном берегу Белеарского моря. В воду мальчик заходить так и не осмеливался, ведь несмотря на свой возраст, все еще не умел плавать. Мистер Уокен предлагал сыну научить его этому, заверив, что лично обучал плаванью Елизавету II пару лет назад. Но Том наотрез отказывался от этого предложения и продолжал настырно сидеть на берегу. Единственное, что грело Тому душу на этом отдыхе — французская выпечка. Круассаны, выпеченные картавым народцем, были настолько бесподобны, что мальчик уминал их десятками за день! О-оу… Кажется, кто-то привезет в Англию пару лишних кило… Но ты не переживай, пацан, тебе можно! Глянь, какой ты худенький!
В один из теплых солнечных дней, Кристофер прямо с утра вновь притащил сына на пляж, надеясь, что сегодня Том осмелится зайти в воду хотя бы по щиколотку. Но мальчик вновь наотрез отказался это делать и пошел побродить по берегу, дабы пособирать ракушки.
Кристофер расстроенно сложил губы в тонкую полоску, улегся на шезлонг, дунул пару косячков и, укуренным до неузнаваемости взглядом, уставился в морскую даль. Вскоре вернулся Том. Он уселся на песок, положил рядом с собой собранные ракушки и принялся сооружать песчаную крепость.
Мальчик так увлекся строительством, что совсем не обратил внимание на приближающийся веселый детский лепет. Вдруг Том увидел боковым зрением, как к его крепости подбежали две маленькие белобрысые девочки, лет двух с половиной от роду. Одна из них присела на корточки, замахнулась лопаткой и разрушила песчаную башенку.
— Эй! Что ты делаешь?! — механично-злобно возмутился Том.
— Это что? — проигнорировала его крики вторая девочка, указав пальцем на крепость.
— Ты сломала ее! — продолжил гневно орать мальчик.
— Что произошло? — проснулся от марихуанового сна Кристофер, повернув голову к эпицентру событий.
— Вот эта, — ткнул пальцем Том в первую девочку. — Она разрушила мою башню!
— Боже мой, Томас, да что ты так разорался-то? — усмехнулся Кристофер, приподнимаясь с шезлонга и подкуривая новый косячок. — Так кричишь, будто она тебе жизнь разрушила… Уверен, что она сделала это не специально. Наверняка, они просто хотели помочь тебе в строительстве, так? — обратился он к девочкам, те улыбнулись и одновременно положительно закивали. — Где ваши родители? Почему вы гуляете здесь одни без присмотра?
— Там! — хором ответили они, указав пальцами в противоположные стороны.
— Хорошо, — одобрительно кивнул мистер Уокен. — Как вас зовут?
— Лизззи, — звонко воскликнула одна из девочек, протянув ладошку Кристоферу.
— Очень приятно, Элизабет, — приподнял он шляпу и пожал девочке руку. — А тебя? — обратился он ко второй.
— Эта дура сломала мою башню! — не унимался истеричка-Том.
— Томас, во-первых, не надо обзываться. Они же женщины! Хоть и маленькие, но все же женщины! Нельзя бранить этих чудесных созданий, чтобы они там не натворили. А, во-вторых, мы же уже выяснили, что она сделала это не специально. Девочки просто хотели с тобой поиграть, подружиться…