— А это ужо у тебя надо спрашивать, — эффектно сказал Батлер, разведя ладони в стороны. — Врачи сказали, что обнаружили тебя на пороге госпиталя без сознания и в тяжелом состоянии. Ты впал в кому, Томми… — замолчал он, громко проглотив слюну. — У местных врачей бытует мнение, что, возможно, тебя сбила машина…
— Сбила, сука-бля, машина? — продолжал слабо изумляться Том. — Но как я очутился в Вашингтоне? Я же, сука-бля, был в Альбукерке!
— Я не знаю… Но никто не мог найти тебя, ибо не думали, что тебя могло так далеко занести…
— Ну пиздец! Ну пиздец! — потихоньку начал приходить в себя сержант и снял с лица кислородную маску. — Сколько я уже тут нахожусь?
— Чуть больше месяца, — закусил нижнюю губу Батлер. — Я же нашел тебя пару недель назад и…
— Больше месяца?! Больше, сука-бля, месяца?! Сука-бля, что за ебала? Джейки в курсе, где я?
Леонид в ответ лишь неоднозначно пожал плечами, волнительно покривив ебалом.
— Так, дай телефон, мне нужно срочно связаться с жидом! — рявкнул Харди, вытащив из сгиба в локте внутривенный катетер и присев в кровати.
— Томми, ты только пришел в себя… Тебе следует еще немного отдохнуть, покемарить… — взял друга за плечо Леонид и с силой уложил обратно.
— В смысле, сука-бля? Дай мне телефон! Мне надо позвонить брату! — стал озлабливаться Харди.
— Давай не сейчас, а? — нервно тараторил Батлер. — Ты больше месяца лежал в коме… Организм ослаблен…
— Что ты, сука-бля, мелешь? Ты что-то скрываешь от меня, Леонид? Что-то случилось? Мм? Отвечай, петушара! — заподозрил какой-то развод Харди.
— О, уже очнулся? С возвращением, сынок! — вошел в палату пьющий старец в белом медицинском халате и похлопал сержанта по плечу. — Долго же ты провалялся в коме. Мы уже думали все — так и проваляешься так всю жизнь… Кстати, меня зовут Джордж Буш. Наверняка, ты знаешь меня, как сорок третьего президента Штатов. Теперь же я главврач этой больницы, — достал он из нагрудного кармашка крендель, положил себе в рот и аппетитно захрустел. — Кстати, сынок, ты проспал много всего интересного! Советую скорее возвращаться к жизни и вливаться в колею! — пизданул он хуйню, взял с прикроватной тумбочки пульт и включил плазму.
— Блять, не надо! — рявкнул Батлер и попытался вырвать из лечебно-президентских рук пульт.
— Слышь, осади, а! — возмутился мистер Буш, не желая отдавать бородочу пульт.
Так они начали сражаться за нахуй никому не нужный телевизионный аксессуар, и даже и не заметили, как накрутили громкость на максимум. А в это время на главном федеральном канале как раз-таки заиграла бодрая музыка, возвещающая о начале новостного блока. Том машинально повернул голову и уставился в экран.
— А теперь к главным новостям последнего месяца, — появился на экране полный ведущий теленовостей.
В его зрачках, взятых крупным планом, Том сразу разглядел знакомый блеск. Ведущий был под воздействием знаменитых колес Фила Купера, тех самых, под которыми, по словам их создателя, можно было успеть поделать все свои дела! Хм, интересно, все ли успел поделать ведущий? И на какой стадии воздействия колес он сейчас? Вдруг его переклинит прямо во время прямого эфира? Том лишь усмехнулся над комичностью данной ситуации и поудобнее устроился на подушке, предвкушая охуетительный новостной блок. Да, кажется, кто-то и сам пребывает не в адеквате… Надо думать, незнамо чем кололи Тома, пока он находился в коме!
— Наконец, жители Америки могут спать спокойно! Страна — ликует! Но обо всем по порядку! — возбужденно бредил ведущий. — Пару недель назад на электронную почту нашего телеканала пришло леденящее душу видео. Сказать, что все были в шоке — это не сказать ничего! Давайте просто посмотрим его еще раз. Ибо комментарии буду излишни, — хитро прищурился он, подавшись вперед.
На экране появилось картинка в невъебенно охуетительном качестве. На ней были изображены Декстер и… Джейк?! Джейк Джилленхол?! Парень из шара?! Что?! Том насторожился и приподнялся с кровати. Что Джейк, что Декстер стояли на коленях в какой-то засранной подвальной комнате. Они были раздеты до трусов, их кожу и тут и там украшали жуткие синяки, ссадины и следы засохшей крови. Глаза были закрыты черными повязками, а руки заведены за спины.
— Что за сука-бля… — прошептал Том, по венам побежал адреналин, от которого вмиг закружило в голове.
Вдруг к Джилленхоллу и Моргану со спины подошли два хача-ваххабита с автоматами наперевес. Из колонок же заиграл трек Сэм Браун — «Stop!». Чурки что-то забуробили, но их речи не было слышно, ибо музыка заглушала все! Вдруг оба синхронно приставили дула своих глупых автоматов к головам пленных. Первый выстрел, и Декстер Морган замертво упал на бок, попутно обоссавшись. Ваххабиты захохотали, выставив друг на дуга указательные пальцы. Второй выстрел. Сквозь голову Джейка насквозь пролетела пуля, и мертвец из шара упал на пол. В полете с глаз слетела повязка, демонстрируя пушистые брови и прекрасные глаза. Когда его голова соприкоснулась с полом, оператор крупным планом взял в кадр лицо Джилленхола, продемонстрировав безжизненный взгляд охуетительных синих глаз, где навек пропала искра задора.
В ушах Тома наступила звенящая тишина, в глазах потемнело, пухлый рот раскрылся, а с губ сорвался беззвучный крик безысходности.
— Посмотрите в глаза этого парня, — вновь появился на экране ведущий. — Имели ли право безжалостные террористы Аль-Каиды убивать такого молодого, такого красивого человека? Его жизнь только начиналась, а тут такой вот расклад… Да, оба эти человека считаются преступниками, что пару лет покрывали других преступниц — сестер Блэкберри. Но заслужили ли они такого конца? Морган — да. Полиция доказала его вину в самостоятельных преступлениях, где даже и не были замешаны сестры Блэкберри. Но он… Джейк Джилленхол… Сделал ли он что-то ужасное, за что получил такой конец? Наш канал считает, что нет… Посему, мы отдаем дань в память этого парня, — опустил он голову, а из динамиков послышался ритм бьющего метронома, как бы предзнаменовав минуту молчания.
— Блять, Томми, Томми, успокойся, я прошу тебя! — кинулся к другу Батлер, заприметив, что тот, кажется, узнал о смерти брата.
— Нет, сука-бля, нет! Это бред! Этого не может быть! Глупости! — заорал Харди, отталкивая от себя эффектного бородача. — Дай мне телефон, Леонид! Я позвоню Джейки! Он не мог же умереть! Это просто какой-то бред! Видеомонтаж! Какая в пизде Аль-Каида?!
— Томми, это правда, это случилося пару недель назад. Я проверил — его больше нет… Нашего Джейки больше нет! — не сдержался и взвыл бородач, подняв голову к потолку.
На безумные вопли Батлера сбежался весь персонал больницы, но как только каждый подбегающий к палате сотрудник, оказываясь ближе, чем на пять метров, тут же терял свои барабанные перепонки и убегал назад к своему рабочему месту. Не потерял перепонки лишь Джорд Буш, ибо не имел их с рождения, но, тем не менее, глухим не являлся. Такая вот странная аномалия тела.
— Да ну на хуй! Бред! — схватился за голову Харди, а из глаз его брызнули слезы. — Этого не может быть! Не может же, сука-бля!
— Томми, это правда… Правда… — поспешил выключить телевизор Батлер и крепко обнял друга. — Его больше нет… Нашего Джейки нет… — повторял он, положив ладонь на голову Тома.