— Но… Но… Томми мой друг, я не боюсь его… Я хочу, чтобы он пришел, — затряс губой мальчик и смочил глаза слюнями.
— Боже, как я рада, что ты заговорил, малыш мой, — умилительно наклонила голову на бок женщина. — Но, увы, я ничего не могу поделать… Он больше не придет… Мне трудно это говорить, но он бросил тебя. Он уехал далеко-далеко и там нашел себе нового друга, променяв тебя. Ты ему не нужен. Ты считал его другом, а он предал тебя, — на ходу сочиняла очередную брехню Мэрил. — Но мамочка никогда тебя не предаст… Я всегда буду с тобой и никогда не брошу и не променяю на кого-то другого! — подошла она к шару и положила ладонь на полиэтилен.
Джейк же лишь опустил уголки губ, сделал брови домиком и побрел к кровати, где свернулся калачиком и задремал грустным сном преданного человека.
На следующее утро он проснулся от странных звуков, источник которых хоть и был за пределами шара, но тем не менее находился в его комнате. Мальчик подошел к стене из полиэтилена и уставился на голубой кинескоп, где быстро сменялись мультяшные картинки. Так Джейк простоял пару минут, залипнув на телевизор, ведь раньше никогда не видел таких чудес техники.
— О, ты уже проснулся, — вошла в комнату Мэрил с подносом в руках. — А я как раз завтрак тебе принесла. Будешь кушать? — ехидно улыбнулась она и поставила еду в отсек для передачек.
Мальчик из шара продолжал стоять с открытым ртом, даже не моргая.
Мэрил Стрип, ученая по профессии, но психбольная в душе, поняла — ее план сработал. Она открыла зип-замок потайной двери и вошла внутрь шара. Там она взяла поднос, который минутой ранее сама поставила в отсек.
— Как насчет гренок с арахисовым маслом и клубничным джемом? — ласково спросила она, взяла с подноса один из космо-тюбиков и открутила колпачок.
Джейк же Джилленхол, будучи дураком от рождения, так увлекся просмотром мультиков, что сам не заметил, как мать залила ему в рот завтрак из тюбика, тем самым завершив бойкот и переключив его внимание с пропавшего друга на несуразно глупые телепередачи.
В последующие дни мальчик из шара продолжал задавать вопросы про Тома, но каждый раз мать находила для него какую-нибудь другой канал с новым мультиком, лишь бы переключить его мозги. И, надо сказать, это начало работать. С каждым днем Джейк стал все реже вспоминать о друге и спрашивать о том, где он. А Мэрил была только и рада этому.
========== Глава 17: Замок ==========
Серебристый Астон Мартин остановился у больших кованых ворот на Грин-Энд-роуд.
— Прошу, мистер Уокен, — сказал водитель, открывая пассажирскую дверь служебной машины для Томаса Харди.
Тот вылез из автомобиля и помог выбраться сыну.
— Где это мы? — пробормотал мальчик, уставившись на старинное поместье громоздко расположившееся среди однотипных домов на тихой улице.
— Это наш дом, Томас, — пояснил мужчина.
— Дом? Да это же целый замок! — восхитился ребенок, не веря своим глазам.
— Ну хватит тебе, какой же это замок? — усмехнулся Томас-отец. — Это поместье. Фамильное поместье Харди. Идем, я тебе все покажу и расскажу.
Мужчина взял мальчика за руку и повел к воротам, которые перед ними распахнул дворецкий.
— Ого… — протянул Том, увидев внутренний двор.
За каменной изгородью, оплетенной плющом, скрывалось огромное пространство, покрытое ровно выстриженным газоном. По обеим сторонам от широкой мощеной дорожки, ведущей к дому, были разбиты клумбы из ирисов, анютиных глазок и гиацинтов. По всему периметру поместья были высажены розовые кусты, отчего в воздухе витал приятный сладостный аромат. Ближе к дому по правую сторону от дорожки расположился декоративный пруд, обложенный по кругу натуральным камнем. Поверхность воды была устелена листьями и белыми цветами кувшинок. Проходя мимо пруда, Том заметил всплеск и сумел разглядеть сквозь прозрачную воду крупных бело-красных рыб с округлыми плавниками. Возле пруда находилась восьмигранная беседка из выбеленного дерева с куполом из зеленой черепицы.
Подойдя к дому и поднявшись по мраморным ступеням, сын и отец очутились на большой террасе огражденной белой балюстрадой. Под тенью навеса прятались широкие качели с мягкой седушкой и бархатными подушечками с кисточками по углам. По бокам от двустворчатого арочного входа стояли высокие каменные вазы с раскидистыми цветами. Дворецкий прошмыгнул вперед и распахнул двери фамильного дома.
— Вааау… — протянул Том, подняв голову вверх и осматривая внутреннее убранство. — Да это точно самый настоящий замок! Я такие только по телеку и видел…
Мальчик окинул взглядом просторный холл с высокими потолками. Напротив входа располагалась широкая лестница, застеленная алой ковровой дорожкой, прикрепленная к ступеням позолоченными ковродержателями. Стены украшали портреты незнакомых Тому людей. У большого сводчатого окна стоял диван на деревянных ножках с двумя креслами по бокам от него, обитые зеленоватым с золотой нитью атласом. Перед ними находился овальный стол красного дерева, покрытый лаком. У стены напротив расположился камин. Огонь в нем сейчас зажжен не был, а полка сверху была уставлена фарфоровыми фигурками. Над камином висел портрет в золоченой резной раме, на котором был запечатлен сам Томас Харди в военном мундире с аксельбантами и эполетами.
— Так, дай-ка я, в первую очередь, посмотрю твою бровь, а уж потом все тут покажу, — присел на одно колено мужчина и стал вглядываться в лицо сына. — Надо зашивать…
Но Том совсем не слышал, что там ему говорит отец. Он был настолько заворожен поместьем, что не замечал вокруг ничего! Ему казалось, будто он попал в самую настоящую сказку. Неужели, это все правда? Неужели, такое могло случиться с ним, несчастным одиноким мальчиком? Или, может, это все его фантазия? Или вовсе глупый сон? Может, сейчас он откроет глаза и окажется все в той же проклятой клетке под палящим зноем?
— Идем, Томас, ну же, — подтолкнул его под локоть отец. — Поднимемся в мой кабинет, там есть все необходимое, чтобы зашить рану.