— Леонид? — механически опустил уголки губ Харди. — А что это вы там делали, я не понял… Не понял я!
— Ну как что? В армреслинг играли, — крикливо выпутался Батлер, поправляя кожаные штаны на заднице.
— А что меня, сука-бля, не позвали? — обиженно протянул наивный по жизни сержант.
— А что с Кристиной не сыграл? Она в нашем мотеле чемпион! — поправил на голове жидовские кудри Максим.
— Простите, что вмешиваюсь, но там директор нашего мотеля вызывает вас к себе, — пихнул в плечо Тома Никита Пресняков, покрутив перед его маской фетровой рацией.
— Чего, сука-бля? — продолжал настырно ничего не понимать Том.
— Пошли, я провожу тебя, — неимоверно ебано сказал Галкин, взял Тома под локоть и повел в сторону лестницы.
Спустя несколько минут они оказались у небольшого люка, ведущего на чердак и, подсадив друг друга, забрались наверх.
Сержант Том выпрямился в полный рост и охуел от увиденного. На огромном раритетном кресле сидела видавшая виды тучная женщина с копной рыжих волос. Она была наряжена в бесформенное черное пончо, расшитое бисером и перламутром. В одной руке она держала мундштук с папиросой, второй же гладила по голове мужчину, положившего ей на колено подбородок. По всей видимости, он был кем-то вроде домашнего питомца директрисы мотеля. На самом же деле — приходился ей мужем. На нем красовался белый обтягивающий костюм из латекса да перьевая накидка. Образ завершала пышная прическа, увенчанная веерообразной метровой шляпой из перьев и сукна.
Позади женщины стояла Кристина и что-то нашептывала ей на ухо.
— Ты остановился в моем мотеле. Пришел сюда и говоришь: «Алла, мне нужна проститутка»… — не на шутку прокуренным голосом начала женщина. — И тебе дали проститутку. Но ты отнесся к ней без уважения. Ты не предложил ей дружбу, не удовлетворил. Вместо этого ты назвал мою дочь собакой. Даже хуже! Ты отказался вступать с ней в половой акт! — молола она хуйню конченного наркомана.
— Мамаша, ты на чем сидишь? — приподнял шрамированную бровь Харди. — Да что с вами, сука-бля, со всеми происходит? — обвел он «факом» работников мотеля, пришедших на чердак погреть уши.
— Не перебивай бабушку, — хлопнул его по пальцу Никита, взывая к тишине.
— Ввваф! — гавкнул пес Аллы.
— Фу, Фил! Фу! — шлепнула его по холке Кристина.
— Сука, что с вами не так? — схватился за лысину Том. — Вы тут все родственники что ли?!
— Ты заявил, что лишишь мой мотель звездочки, которой и так нет, — повысила тон Алла, по кличке Пугачева. — Но я не хочу, чтобы ты покинул мое заведение неудовлетворенным, а потом распустил слух, что мой мотель хуйня собачья. Такая антиреклама мне не нужна. Посему, сегодня удовлетворю тебя я! — встала она в полный рост и одним лишь взмахом руки скинула с себя черное пончо, продемонстрировав присутствующим безбожно пухлое тело с миллионами складок, в залежах которых таились несметные богатства, а может даже и всеми потерянная Янтарная комната.
— Сукааа… — протянул Харди и даже хотел было перекреститься от увиденного, но вовремя вспомнил, что атеист. — Бля, мамаша, иди на хуй, сержанту ничего не надо от вас… Он пошел… Пошел…
Том уже хотел было шагнуть в люк, но дорогу ему преградил Владимир, растекшийся в проеме словно лизун, и как бы отрезая путь отступления.
— Если одной меня будет мало, могут подключиться и мои мужья, — томно затрясла четырьмя грудями Алла. — Фил, Макс! — зыркнула она на полусобаку и полу-Иисуса.
— Либо ебешь бабушку, либо я тебя прирежу за то, что не выебал мою мать! — грозно достал из-за спины нож Никита, коварно и безэмоционально прищурившись.
— Сука-бля, пацаны, да вы что? — бился в агонии безвыходной ситуации Харди, совсем не желая ебать полную Аллу вместе с ее дурацкими мужьями. Мало того, что на нее у него, скорее всего, не встанет, ибо Том не любил! Женщин не по возрасту себе. Так даже, если отбросить первый пункт, унижать ее при ебле явно не выйдет — она сама унизит его одной лишь жаркой с ней. А уж про ее мужей и вовсе комментарии будут излишни.
— Будешь знать, как обижать нашу семью! — пригрозила пальцем Кристина, до сих пор не вытащив гондон изо рта.
— Ну полно вам! Хватя! — неестественно громко прикрикнул Леонид. — Не видите, вы напугали Томми! Он не любит! Когда его принуждают с кем-то потрахатьси! Давайте я сделаю это вместо него! — эффектно скинул он плащ, продемонстрировав свой не на шутку охуенно прокаченный торс. — Все ради тебя, друг, — печально посмотрел он на Харди, бросив короткий взгляд на Пугачеву.
Сержант же Том не в силах больше был смотреть и слушать весь этот бред и нарочито рухнул на пол, спародировав потерю сознания. Он почувствовал, как его подхватили подмышки и потащили вниз. Через пару минут его закинули в Додж, и Том сам не заметил, как провалился в сон.
Когда Харди открыл глаза, то увидел перед собой Батлера, внимательного следившего за дорогой.
— Проснулсси? — поинтересовался он, переключая скорость.
— Что за ебала произошла вчера ночью? Я чем-то обдолбался? Ебать мне сон приснился! — держась за голову, поднялся он с сидений.