— Ты опять про меня гадости говоришь? — послышалось оттуда, а спустя секунду Тур Эйнар заглянул к нам.
— Тур Эйнар в юности играл в четвертой лиге, — сказал Стуре, — но других талантов у него, к сожалению, нет.
— Зато я, по крайней мере, не облысел, — Тур Эйнар вошел в кухню, — поэтому мне не приходится для поддержания мужественного образа отращивать бороду. В отличие от некоторых.
Тур Эйнар был родом из Финнснеса, белокожий и веснушчатый, с прямыми рыжеватыми волосами и вечной ухмылкой. Движения у него были медленные и продуманные, почти театральные, он словно старался показать: вот идет тот, кто живет в собственном темпе, а остальные ему до лампочки.
— Ты кем играл? — спросил он.
— Полузащитником, — ответил я. — А ты?
— Центральным полузащитником, — он подмигнул.
— А-а, центртерьер, — кивнул я, — а меня лосем прозвали. Такое прозвище само за себя говорит…
Он расхохотался.
— Почему лосем? — не поняла Хеге.
— Бегал так, — объяснил я, — широким шатким шагом и не меняя скорости.
— А другие звери на футбольном поле есть? — спросила она.
— Неужели нет? — я посмотрел на Тура Эйнара.
— Есть, а как же, форвард — сильный, как бык. Пробивает в ворота.
— И тигр, — добавил я. — Вратарь прыгает, как тигр. Кстати, и генерал есть.
— А это кто?
— Это тот, кто знает, где находится каждый из команды, и в нужный момент готов передать им мяч.
— Какое ребячество! — воскликнула Хеге.
— И еще либеро! — вспомнил Тур Эйнар.
— И лиса в клетке. И, разумеется, одинокий волк.
— Вы судью забыли, — сказал Нильс Эрик, — судья — это козел.
— И вы играете в такое по доброй воле! — поразилась Хеге.
— Я — нет, — сказал Нильс Эрик.
— Но вы-то двое играете. — Она посмотрела на меня.
Прозвенел звонок. Я встал, чтобы взять книги для следующего урока. Стуре положил мне на плечо руку.
— У тебя сейчас мой класс, верно? — спросил он.
Я кивнул.
— Да, у них английский.
— Там есть один такой Стиан. Поосторожнее с ним. Он, возможно, попробует тебя подкалывать, но ты не обращай внимания, и он уймется. Ладно?
Я пожал плечами.