Сын Цитадели: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И всё-таки я не понимаю, зачем было идти так далеко, если тварей для нас всё равно ловят?

Ратмир ухмыльнулся.

— А о перевозке ты подумал? По-твоему легко спеленать и тащить, скажем, волколака, да так, чтоб он вам потом мог жару задать?

Бранд выглядел немного сконфуженным. Да… Упустить такой момент из виду! Впрочем, стыдливое выражение продержалось на его лице не слишком долго. Буквально через десяток вздохов он расплылся в широкой улыбке, с хитринкой посмотрел на соратников и задорно произнёс.

— Друзья мои, круг сузился!

Файсаль и Аезевалф понимающе ухмыльнулись. Ратмир приподнял левую бровь.

— Чего радуетесь? Смеётесь над товарищем?

Бранд издал сдавленный смешок.

— Наставник, вы не серчайте только. Мы вас намеренно разговорили.

До витязя дошло. Он с оттягом хлопнул ладонью по колену, прицокнул и беззлобно протянул

— Эх, шельмецы! Славно сработали, славно!

-“Ещё б”, - подхватил Бранд: “Жить захочешь — не так раскорячишься! Надо ж хоть примерно понимать, с кем нас хотят столкнуть. Теперь, например, мы можем быть уверены, что это не что-то иноземное — его бы не довезли; не лешак, жиж, водник или трясовица — их бы засадили в амулет и доставили бы хоть под стены Цитадели. Вряд ли вы решили облегчить нам жизнь и доставили провинившегося ёвника, русалку или разбушевавшуюся ауку. Скорее всего нам предстоит иметь дело с упырями, волколаками, аспидами или дрековаками. Ну, может ещё с цоцухой.”

Ратмир с демонстративной обречённостью покачал головой.

— Выучили на свою голову… Теперь ничем вас не проймёшь. Что скалитесь, поганцы?

Поганцы счастливо засмеялись. Следом, не удержавшись, к ним присоединился учитель. Раскаты дружного хохота смешивались с раскатами грома. Наступала ночь.

Глава 2. Недобрый лес

Рассвет, занявшийся в половине шестого, мягко разбудил спутников. В дождь ни твари, ни обычное зверьё не охотятся, потому караулов ночью решили не выставлять, давая себе возможность выспаться. Некоторое количество оставшихся с прошедшего дня сучьев позволили развести небольшой костёр, необходимый для того, чтобы малость согреться и просушить плащи. Спутники перекусили, почистили вещи, свернули скатки и снова двинулись в путь. Дорогу, сузившуюся к текущему моменту до чуть заметной тропинки, изрядно развезло — приходилось шлёпать по скользкой грязи, непрестанно очищая подошвы сапог от налипающих комьев земли с вкраплениями всякой пакости. Сырые плащи унылыми тряпками болтались за спинами. Омытый воздух был напоён запахами мокрой земли, листвы и гнилого дерева. В отдалении переговаривались птицы, шуршали мелкие грызуны, один раз в сторону порскнула[17] лисица. Сверкающее с очистившегося неба солнце заставляло почву исходить тяжёлым паром. Всё вокруг, столь незначительное в отдельности, вместе дышало и полнилось той самой могучей, извечной жизнью, что приходит в мир с его сотворением и пребывает в нём до самого конца, не замечая пролетающих сотен и тысяч лет, не запоминая уходящих в Великое Ничто правителей и героев.

Через несколько часов пути Ратмир почему-то начал щупать грудь. Сунув руку за ворот рубахи, он вытащил медный кругляш с каким-то полудрагоценным камнем посередине. Камень мягко светился и, кажется, источал тепло.

-“Скоро будем на месте!”, - бодро провозгласил воин.

Промежуток времени, обозначенный как “скоро”, оказался приблизительно равен часу. По его истечению спутники увидели в стене деревьев просвет. На поляне, обнаружившейся за просветом, расположились двое. Первый, судя по всему Эрнец, напевал какую-то весёлую песню.

— Хоть путь нас ждущий длинен и тернист,

Мы не теряем духа боевого.

Играй, играй же веселей, горнист,

Чтоб принесла судьба домой живого…

Второй, явный южанин, пристукивавший до того ладонью по земле в такт мелодии, приветственно махнул рукой.

— Поздорову, брат!

— И тебе не хворать. Выпустили?

— Да, с полчаса назад.

— Добре. Я тогда сейчас молодых наставлю, а потом обсудим.

Последнее слово Ратмир выделил голосом и особливым движением бровей. Толщина намёка была такова, что в воздухе на мгновение возник запах браги. Витязь повернулся к ученикам.

[17] Метнулась, юркнула