MoreKnig.org

История Украины с древнейших времен до наших дней: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Семененко Валерий, Радченко Людмила



Шрифт:

Еще до принятия XII съездом РКП(б) и IV совещанием по национальному вопросу идеи И. Сталина о «национализации государственных и партийных учреждений в республиках и областях» руководство УССР в сентябре 1920 года приняло закон об обязательном изучении в школах украинского языка, истории и географии Украины. Через два года задачу уточнил пленум ЦК КП(б)У: необходимо советизировать народную школу, борясь с искусственной украинизацией и русификацией, что несколько запутало исполнителей.

До декабря 1922 года обучение в школах Волынской, Подольской, Полтавской губерний, селах Киевщины без всяких указаний сверху шло на украинском языке, в остальных губерниях — на русском или обоих языках параллельно. К тому же до конца 1918 года гетманские власти дерусифицировали 5400 (более четверти) начальных школ, частично украинизировали 262 высшие начальные (74 %), а также 55 средних школ.

Через три месяца после завершения работы XII съезда РКП(б), 27 июля 1923 года, вышел декрет Совета народных комиссаров Украины «О мерах по украинизации учебно-воспитательных и культурно просветительных учреждений» («Про заходи по українізації навчально-виховних і культурно-освітніх установ»). На его базе к 1 августа были разработаны мероприятия по обеспечению равноправия языков и содействию развитию украинского языка. Хотя в них предусматривалось выполнить задачу украинизации в течение года, содержалось указание о запрете брать на руководящую работу лиц, не овладевших украинским языком, первый секретарь ЦК КЦ(б)У (с марта 1925-го — Генеральный секретарь) Э. Квиринг почти два года тормозил процесс дерусификации. И только с прибытием в УССР Л. М. Кагановича, заменившего Э. Квиринга, пленум ЦК КП(б)У в экстренном порядке создал в апреле 1925 года комиссию по украинизации. Это решение 30 апреля продублировал ВУЦИК, сформировав Всеукраинскую Центральную комиссию по украинизации советского аппарата (председатель — В. Я. Чубарь) и издав грозное постановление «О мерах незамедлительного проведения полной украинизации советского аппарата» («Про заходи термінового проведення повної українізації радянського апарату»). Но форсированное проведение фактически дерусификации вызвало сопротивление как партийно-советского аппарата, так и части населения.

Центральное руководство в Москве по-разному реагировало на трудности, появившиеся при проведении национальной политики: И. Сталин требовал «преодолеть иронию и скептицизм в вопросе об украинской культуре», а Г. Зиновьев считал, что украинизация «бьет по нашей линии относительно данного вопроса, помогает петлюровщине». Но Генеральный секретарь ЦК КП(б)У Л. М. Каганович настойчиво выполнял указания И. Сталина, правда, для него не имело решающего значения, что проводить в жизнь — русификацию или украинизацию.

Созданные для государственных служащих трех-четырехмесячные курсы изучения украинского языка в большинстве городов функционировали формально, хотя над слушателями довлела угроза увольнения с работы в случае, если на экзамене они получат неудовлетворительную оценку. Многие слушатели посещали занятия эпизодически, общались между собой, как правило, на русском языке или на смеси украинского и русского, доклады тоже зачастую произносились не на украинском языке. К примеру, в Артемовске из 8323 служащих различного ранга 3680 (44,2 %) вообще их не посещали, а 796 человек были освобождены от занятий, хотя подавляющее большинство из них украинским языком владели крайне слабо. Не хватало и учителей, потому что с 1921 по 1923 год учительский корпус Украины уменьшился почти вдвое — с 85 до 45 тысяч… Для многих чиновников (совбуров, как их называло население) украинизация была мимикрией, уловкой, несерьезным и конъюнктурным мероприятием.

Кроме того, символы «украинизации» и «борьбы с украинским буржуазным национализмом» являлись двумя сторонами единой политики. Параллельно дерусификации шла пролетаризация обучения, а это усложняло социальные отношения, приводило к третированию дореволюционных педагогов. Процветали упрощенчество, полуграмотность, хронически не хватало средств на культурно-просветительскую работу. Крайне медленно проходила украинизация в комсомоле Украины, где на 1 мая 1924 года насчитывалось украинцев 21,1 процента, русских — 10,5, евреев — 65,8, других национальностей— 2,6 процента. Не лучше обстояло с дерусификацией и в дислоцированных на территории УССР воинских частях, особенно среди комсостава. Причина здесь тоже лежала на поверхности: из 42 начдивов и военных комиссаров лишь два человека были украинцами, 21 — русскими, 10 — евреями, 9 — латышами, а в штабе Украинского военного округа из 246 работников украинцев насчитывалось 6 человек.

В 1924 году 66 видных украинских деятелей-эмигрантов одобрили украинизацию, заявив в связи с этим о проявлении лояльности к советской власти. Однако фактически украинизация внедрялась наиболее активно лишь в сфере начального образования, имела двойственную теоретическую базу, многие решения при этом были явно непродуманными, а удовлетворение культурных запросов превращалось в советизацию, ликвидацию национальных традиций. В Киевской, Волынской, Полтавской губерниях ее результатом стал украинизированный русский язык — «суржик».

Вместе с тем нельзя отрицать, что благодаря усилиям украинской интеллигенции, в том числе вернувшейся из эмиграции в УССР, а также национал-коммунистов типа А. Шуйского или Н. Хвылевого (Фитилева), в республике произошел расцвет национальной культуры, процесс украинизации городов. Прогресс был виден и в количественном отношении: на украинский язык преподавания к 1927 году перешли четверть вузов, около половины техникумов, 80 % периодических изданий стали «украиноязычными», более 92 % первоклассников начинали учебу в украинских классах. Еще в 1931 году 79 % вузовских учебников издавались на украинском языке.

Реальные перемены имели место и на той территории Слобожанщины, где компактно проживало украинское население, но которая административно относилась к Российской федерации — на части Курской, Воронежской и Брянской губерний. Здесь в 1927 году работали восемь украинских педагогических техникумов, Воронежский университет готовил учителей украинского языка и литературы, в трех техникумах ввели украиноведение, до 1932 года 13 районных газет выходили на украинском языке. В этих регионах планировалось дерусифицировать 26 районов, где большинство населения составляли украинцы. Не отставала и Кубань: до 1930 года здесь открыли 240 украинских школ, украинский педагогический институт, два педагогических техникума, украинские отделения в сельскохозяйственном институте и на рабфаке.

Кроме того, в Украине с 1924 года началось образование национальных районов. Они формировались для неукраинцев с целью интенсифицировать среди национальных меньшинств классовую борьбу, побудить Польшу также ввести автономию для живших там украинцев и белорусов. Однако их создание в УССР активизировало национальную борьбу. Остававшиеся в том или ином национальном совете представители других наций ощущали себя чужаками. Слухи о том, что украинцев выселят, скажем, из польского национального сельсовета, заставляли украинцев, издавна проживавших здесь, при переписи 1926 года заявлять о себе как о поляках. Появились тенденции дореволюционных сословий: украинцев и русских считали крестьянским сословием, немцев — колонистами, а поляков — дворянами. Массовое недовольство украинцев вызвал декрет 1925 года об увеличении на 20 % земельных угодий для немецких колонистов, имеющих менее 35 га земли. Таким образом, комбинация этничности, проблема контроля над территорией и земельной собственностью вызвали к жизни интенсификацию национальных чувств, обострение понятий «свой», «чужой».

С течением времени решение национального вопроса и проблема дерусификации все более противоречили необходимости унификации национальных культур в СССР, идеям пролетарского интернационализма, превращения русского языка в язык межнационального общения. Все большее влияние приобретала догматическая формула «социалистическая по содержанию, национальная по форме культура». Не прекращалось сопротивление дерусификации: в Сталинском округе Донбасса из 92 городских школ только две являлись украинскими, из 190 заводских школ к 1928 году осталось 42. Объясняя подобную медлительность, руководители обычно ссылались на указание И. Сталина о том, что «нельзя украинизировать сверху… это процесс длительный, стихийный, естественный».

Среди значительной части украинского общества продолжало доминировать мнение о том, что Украина на деле является частью России и никогда «не будет самостоятельной, всегда будет жить по указаниям матушки-России». Киевские служащие бесцеремонно заявляли: «Мы не понимаем китайского языка!» — имея в виду, конечно, украинский.

Партийные инстанции, сам Л. Каганович постоянно напоминали, что в процессе украинизации не прекращается идейная борьба, причем буржуазно-националистическая идеология, антисоветская культура по темпам развития якобы опережают пролетарскую идеологию и советскую культуру. Уже с апреля 1926 года начались нападки на наиболее последовательного сторонника дерусификации и подлинной суверенности Советской Украины, особенно в подборе и расстановке кадров, наркома просвещения А. Шуйского. Его политическую травлю не в последнюю очередь организовал Н. А. Скрыпник, добившись при поддержке И. Сталина и Л. Кагановича высылки А. Шуйского на работу в Россию (в сентябре 1927 г.). Кроме жупела «шумскизм», который верхи партии трактовали как «национальный уклон», появились также «хвылевизм» и «волобуевщина», особенно напугавшая догматиков. В одной из своих статей 1927 года 24-летний коммунист М. С. Волобуев-Артемов, не отрицая партийной программы, рассматривал Украину как исторически сформировавшийся народнохозяйственный организм, имеющий собственные пути развития. Опираясь на официальные данные советской статистики, он показал потребительское отношение центра к Украине, требуя обеспечить за ее национальными учреждениями права и возможности настоящего, а не формального руководства всей экономикой республики, без всяких исключений в пользу союзных инстанций, ликвидировать провинциальный статус украинского языка, литературы и культуры в целом. Хотя и А. Шуйский, и М. Волобуев-Артемов были арестованы только в 1933 году (Н. Хвылевой в мае 1933 года покончил с собой), их позиции существенно повлияли на дальнейшую судьбу украинизации, ставшей теперь в глазах «правоверных» сверхцентрализаторов синонимом сепаратизма. Фактически проблему дерусификации нельзя было оторвать от дилеммы развития производительных сил Украины, ее индустриализации и модернизации, а дальнейшее углубление национального самосознания могло породить тяготение к экономической, а затем и политической самостоятельности.

Такие явления действительно стали наблюдаться в начале 30-х годов среди коммунистов-украинцев. Многие из них считали именно титульную нацию государствообразующей в УССР, а русских — только национальным меньшинством. Все больше и больше членов КП(б)У проникались идеями национал-коммунистов, считая строительство украинской государственности целью своей деятельности. В письмах и запросах они требовали предоставить Украине более широкие бюджетные полномочия, право на международные связи, реального, а не бумажного осуществления суверенных прав, а не только права развивать национальную культуру и язык. Указывая на тяжелую жизнь украинского народа, национал-коммунисты возмущались, однако, не фактом чрезмерной эксплуатации трудящихся, а тем, что полученные средства не остаются в Украине. Недовольство Москвы вызывали и требования об украинизации Красной армии в Украине, репрессивных и карательных органов, в которых преобладали тогда русские и евреи.

Какого-либо партийного документа о прекращении дерусификации в УССР принято не было, но ее ощутимое торможение началось почти откровенно с 1929 года, А при проведении итогов хлебозаготовок на Северном Кавказе в решении Совнаркома СССР и ЦК ВКП(б) в декабре 1932 года говорилось, что украинизация на Кубани — не что иное, как петлюровщина. После этого всякая дерусификация была прекращена вне пределов Украины: с 14 декабря — на Кубани, с 15 декабря — на территории Центральной Черноземной области Российской федерации, в Казахстане и на Дальнем Востоке. С 1 сентября 1933 года дети украинцев в этих регионах могли посещать исключительно русские школы.

По инициативе наркома просвещения Украинской ССР В. П. Затонского были уволены все заведующие районными отделами народного образования, 90 процентов — заведующих облоно, 200 сотрудников Наркомпроса, четыре тысячи учителей — видимо, за чрезмерное усердие в проведении украинизации.

В декабре этого же 1932 года под Харьковом расстреляли более 200 кобзарей и их поводырей — хранителей и распространителей национального песенного эпоса. К сожалению, даже диссидент Н. Хвылевой «разоблачал» их как «отъявленных контрреволюционеров».

Наконец, в июле 1933-го с подачи главного идеолога КП(б)У, бывшего меньшевика и тайного сотрудника ВУЧК Н. Н. Попова было принято постановление «О националистических уклонах в рядах украинской парторганизации и задачах борьбы сними» («Про націоналістичні ухили в лавах української парторганізації і про завдання боротьби з ними»). Главным врагом партии на долгие 58 лет стал «украинский буржуазный национализм». Но чтобы власть не выглядела оккупационной в связи с существенным сокращением количества украинцев на важных постах и сохраняла ореол борца за освобождение угнетенных народов в колониях, с 1935 года началась вторая волна украинизации. В партийные и советские органы стало выдвигаться больше этнических украинцев. Позднее стало ясно, что соединить действительно насущные требования украинизации с большевизацией кадров, невозможно. В дальнейшем даже в риторике, а не только в политике по национальному вопросу принимались во внимание только нужды кремлевских вождей, которые постоянно маневрировали, учитывая изменения на мировой арене. В январе 1934 года в прессе речь шла уже только о большевистской украинизации, а затем во второй половине 1937 года исчез даже этот термин. В ходе реорганизации системы просвещения появились новые учебники, фальсифицирующие историю Украины — в частности, Б. Хмельницкого называли провокатором, предателем украинского народа. С 1938 года преподавание русского языка ввели во всех украинских школах со 2-го класса. Однако сеть школ с украинским языком обучения осталась, потому что все они были советизированы. Так, в 1937–1938 учебном году в них обучались 4 054 972 ученика, в то время как в русских — 590 990, а в смешанных русско-украинских — 275 065 учеников. Преобладала и украинская пресса — в 1933 году 10,1 % газет выходили на русском языке, даже в 1940-м украинские издания составляли более 75 процентов. Показательно и то, что с 8 апреля 1940 года русский язык в украинских начальных школах стали изучать с 4-го, а не со 2-го класса, а в средних — с 5-го, а не с 3-го класса. Дальнейшее резкое снижение количества школ с украинским языком преподавания и усиление русификации имело место спустя 30 лет после окончания второй мировой войны.

Массовая коллективизация и голодомор

На XIV партийной конференции РКП(б) в апреле 1925 года наметился переход от идеи кооперативного социализма на селе к коллективизации сельского хозяйства и на этой базе — к индустриализации, не завершенной при царизме. Если в 1925–1926 годах планы капитального строительства в промышленности трижды сокращались, чтобы сохранить равновесие на рынке, то в дальнейшем этого не делалось.

Во-первых, с 1927–1928 годов начался очередной этап милитаризации в СССР, а с начала 30-х годов — реализация огромной по размаху и средствам военно-промышленной программы. Как считал И. Сталин, большая война ожидала Советский Союз не позднее чем через десять лет, хотя вероятного противника тогда определили неверно. Во-вторых, рост индустрии требовал увеличения импорта машин и оборудования, а одним из главных источников доходов для этого служило сельское хозяйство.

Когда еще только готовились предпосылки для массовой коллективизации, две зимы подряд (1927–1928 и 1928–1929 годов) крестьяне отказывались продавать хлеб государству добровольно из-за крайне низких заготовительных цен. Кроме того, вывезенные из Украины зимой 1926–1927 года 62 млн. пудов зерна лишили мукомольную индустрию республики так необходимого ей сырья, а поступавшая из Поволжья и центра России мука оказалась намного дороже, чем собственная. Хлебозаготовительный кризис 1927–1929 годов преодолевался чрезвычайными мерами: с помощью обысков, огромных штрафов, распродажи имущества неплательщиков налогов и должников по хлебопоставкам, высылки протестующих против произвола крестьян в отдаленные районы страны. Все эти акции из арсенала «военного коммунизма» под суровым надзором ОГПУ проводили местные органы власти — от сельсоветов до окружкомов (губернская структура была ликвидирована после октября 1924 г.). Только на Днепропетровщине во время подобной «заготовки хлеба» в 1928 году привлекли к суду 1200 граждан, а более трех тысяч крестьянских семей выселили. Опора на беднейшие слои, стимулирование властью его борьбы с остальным крестьянством плодили злоупотребления и рождали чувство вседозволенности. Уже за 1928 год 33 тысячи «кулаков» были отданы под суд, а параллельно — с лета этого года — в селах Украины наблюдалось недоедание, исчезнувшее к середине 20-х годов. С 1 марта 1929 года в городах появляются карточки на хлеб — зримое доказательство продовольственного кризиса.

Стремясь выйти из положения, власти вводят в июне 1929 года продразверстку, а 3 июля 1929 ВУЦИК и СНК УССР приняли постановление «О расширении прав местных советов по содействию выполнению общегосударственных заданий и планов» («Про поширення прав місцевих рад щодо сприяння виконанню загальнодержавних завдань і планів»). Сельские советы получили право накладывать штрафы до пятикратного размера стоимости несданного хлеба, продавать хозяйства крестьян-должников, заводить на них уголовные дела. ЦК КП(б)У обязал местные органы составлять списки зажиточных хозяйств с целью высылки их членов или ареста. Следовательно, метод ликвидации «кулачества как класса» применялся почти за полгода до постановки И. Сталиным такой задачи. Уже весной 1929 года на торгах распродали имущество 68 тысяч хозяйств, объявленных кулацкими и не выполнивших плана хлебосдачи. А ведь в принципе дореволюционный тип кулака-ростовщика почти повсеместно ликвидировали в ходе аграрной революции 1920–1923 годов. Новое зажиточное крестьянство — это в основном бывшие середняки, даже бедняки, увеличившие свои доходы рачительным, умелым хозяйствованием. В 1927 году кулачество Украины вместе с семьями составляло не более 5,4 % населения, но даже у тех, кто имел по 16 гектаров земли и более, доля наемного труда составляла всего 5,9 %, зато рабочий день хозяев в среднем продолжался 11 часов 20 минут.

Кроме цели забрать продовольствие внеэкономическим путем, партийные верхи выполняли и важную для них политическую задачу: пролетаризовать село, уничтожив тяготение к частной собственности и индивидуализму. Ведь село фактически демонстрировало свою обособленность от коммунистической доктрины: на 25 августа 1927 года в рядах КП(б)У насчитывалось только 33 554 члена и кандидата в члены партии, проживавших здесь (13,7 %), причем львиную долю из них составляли административные, советские и партийные работники. С огромным трудом в деревне создавались и функционировали также ячейки комсомола. Более того, за 1927–1928 годы органы ОГПУ обезвредили 47 повстанческих отрядов, несколько террористов-одиночек из крестьян, охотившихся на партийцев.

После принятия разработанного комиссией В. М. Молотова порядка раскулачивания, определения признаков трех кулацких категорий в феврале 1930 года в Украине прошла первая волна раскулачивания, затронувшая пока 61 887 хозяйств, т. е, 2,5 процента. Однако провозглашение колхозов переходной к коммуне формой (в постановлении ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 года) вызвало яростное сопротивление всего крестьянства, не желавшего расставаться с личным скотом и инвентарем, нажитым тяжелым трудом. Пришлось временно отступить, и в марте 1930 И. Сталин вину за «перегибы» в ходе коллективизации (обобществление коров, мелкого скота, птицы) возложил на местных работников. В закрытом письме ЦК ВКП(б) от 2 "апреля 1930 года говорилось, что крестьянские волнения едва не переросли в «широкую волну повстанческих крестьянских выступлений», когда на селах перебили бы добрую половину низовых советских и партийных работников и сорвали бы весенний сев. Лишь 10 июля 1932 года В. Молотов с облегчением заявил: «Опасность крестьянских волнений и массового восстания в частях Красной армии можно считать преодоленной». Возможно, лидеры несколько преувеличивали угрозу, но все же за январь — июнь 1930 года в Украине было зарегистрировано 1500 террористических актов, связанных с созданием колхозов и раскулачиванием, в том числе 76 убийств.

Как известно, к 1 октября 1929 года в УССР колхозы объединили 15 800 дворов — 5,6 % имевшихся в республике хозяйств, хотя в масштабах СССР такие результаты оказались еще скромнее. Причем на один колхоз в Украине в среднем приходилось по 4,4 головы лошадей, 2,5 — крупного рогатого скота, 2,2 головы свиней, 2,7 — овец, т. е. ничтожно мало. Фактически это были давно известные селу «супряги», куда стремились самые бедные хозяйства. К 1933 году уровень товарности зерновых по УССР составлял лишь 5 процентов (в 1913 году — не менее 29 % собранного урожая). И все же до конца 1932 года в Украине было коллективизировано почти 70 % дворов с охватом более 80 % посевных площадей. Созданные с огромным напряжением сил 592 машинно-тракторные станции могли обслуживать лишь половину колхозов и совхозов, в остальных царил рутинный ручной труд. Чтобы колхозники не могли сбывать хлеб минуя государственные каналы, в 1930 году частная торговля была запрещена, а рынки закрыты (и возобновили работу лишь 6 мая 1932 года).

Для пострадавшей от массовой коллективизации Украины (исчезло 352 тыс. наиболее мощных хозяйств, способных превратиться в фермерские) ситуация еще более ухудшилась в связи с тем, что расплачиваться с Западом за машины, оборудование и дефицитное сырье пришлось в значительной мере зерновыми культурами. С конца 1930 года в ряде стран Европы и Северной Америки прошли массовые кампании, направленные на ограничение советского экспорта в связи с демпинговыми ценами. Мировая общественность протестовала также против массового применения принудительного труда заключенных, который стал в СССР обыденным явлением с осени 1929 года. Весь 1931 год Запад отказывался покупать в Советском Союзе нефть, лесоматериалы, частично даже зерно. Затем последовали акции протеста против импорта советского сливочного масла, мехов, конфет, лососины, бритвенных лезвий и других товаров. В начале 1931 года Канада ввела эмбарго на ввоз из СССР угля, асбеста, пиломатериалов, целлюлозы, пушнины. Если в 1932 году Германия импортировала 12 тысяч тонн сливочного масла из Советского Союза, то в 1933 году — всего 2 500 тонн, еще в 1930 году Берлин запретил ввозить советские спички.

Валюта требовалась также для поддержки мирового коммунистического движения. В ноябре 1932 года, например, германские большевики получили из фондов Коминтерна (на 90 % финансировавшегося из бюджета СССР) 10 млн рейхсмарок, Компартия США — 5 млн долларов, Компартия Китая — 3 млн мексиканских долларов, 1 млн японских иен и т. п.

С весны 1932 года в 44 районах УССР начался голод с многочисленными смертными случаями, фактами людоедства. Правда, летом, со сбором нового урожая, он прекратился. План госпоставок для Украины центр сократил вдвое, вследствие чего объем заготовок хлебов на Северном Кавказе и в УССР упал от 44–46 до 33 процентов в масштабе всего СССР. Но почти полное отсутствие материальной заинтересованности в колхозах и чрезмерно высокий уровень госзаготовок вынуждали крестьян припрятывать зерно, не обращать внимания на огромные потери при уборке урожая (в 1931 году — до 150–200 млн пудов, а в 1932-м еще больше). Помощь в виде урожая с приусадебных участков стала ощутимой только с 1935 года.

Чрезвычайная комиссия Политбюро ЦК ВКП(б) во главе с В. М. Молотовым в ноябре 1932 года продиктовала руководству УССР зловещее постановление «О мерах по усилению хлебозаготовок» («Про заходи до посилення хлібозаготівель»). Оно санкционировало массовые обыски у населения, изъятие не только спрятанного колхозного зерна, но и любых запасов еды, введение натуральных штрафов мясом и картофелем. Террор массовым голодом с весны 1933 года являлся «воспитательной» мерой, о чем красноречиво свидетельствовало письмо С. В. Косиора от 15 марта 1933 года. В нем, в частности, говорилось: «То, что голодание не научило еще очень многих колхозников уму-разуму, показывает неудовлетворительная подготовка к севу как раз в наиболее неблагополучных (т. е. голодающих — В. С., Л. Р.) районах».

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Лавка зелий попаданки
Лавка зелий попаданки
[Современная проза / Приключения / Фэнтези / Попаданцы]
Вернулась к жизни в теле сироты из другого мира, получила наследство. Да вот только моя земля поражена скверной, а дом выглядит пустым и заброшенным. Но унывать не в моих привычках! Исцелю землю,
0
Барбоскины. Зима в Пёсбурге
Барбоскины. Зима в Пёсбурге
[Детская литература: прочее / Сказка / Детская проза / Детские приключения]
Зима пришла в Пёсбург, а значит, у Барбоскиных начинается время самых снежных приключений! Дружок, Гена, Роза, Лиза и Малыш знают: мороз и сугробы – совсем не повод сидеть дома. Дружок попробует
0
Моя истинная любовь
Моя истинная любовь
[Ужасы / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Я врезалась в него в школьном коридоре, и мне тогда показалось, будто сама судьба на секунду запнулась, узнав нас. Он шептал клятвы, а я, верила, что вот она, любовь. Потом всё покатилось под откос:
0
Жизнь и подвиги Роланда Отважного. Французский средневековый эпос в пересказе Дмитрия Григорьева
Жизнь и подвиги Роланда Отважного. Французский средневековый эпос в пересказе Дмитрия Григорьева
[Военное дело, спецслужбы / Историческая проза / Поэзия / Исторические приключения]
Многим читателям хорошо знакомы поэтические переводы «Песни о Роланде». Однако это лишь один из ярких фрагментов обширного эпического наследия средневековой Франции – в действительности цикл сказаний
0
Русская агентурная разведка всех видов 1901–1918 годы
Русская агентурная разведка всех видов 1901–1918 годы
[Документальная литература / Военное дело, спецслужбы / История]
Во второй половине 1920-х годов перед специалистами Разведывательного управления (РУ) Штаба РККА была поставлена задача «провести обширное исследование, охватывающее деятельность агентуры всех
0
Деревенская Love Story или с кем я провела лето
Деревенская Love Story или с кем я провела лето
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Мама отправила меня в ссылку, в деревню к деду, подальше от соблазнов города. И это было ужасно, пока по соседству не появился Он! Взрослый, солидный, брутальный мужчина. Не влюбиться в такого
0
Лесок 125. Хроника окопных боев 1918
Лесок 125. Хроника окопных боев 1918
[Документальная литература / Биографии и Мемуары / Военное дело, спецслужбы / История]
Будущий немецкий писатель и энтомолог Эрнст Юнгер (1895-1998) с началом Первой мировой войны записывается в армию рядовым добровольцем, воюет на Западном фронте, получает ранения и награды. Летом
0
Сад добрых историй
Сад добрых историй
[Детская литература: прочее / Сказка / Детская проза / Приключения]
«Сад добрых историй» – это сборник уютных и мудрых сказок, которые согреют сердце и ребёнка, и взрослого. Вместе с героями – отважным Каппи, мечтательной Розой и мудрым гномом Фёдором – юные читатели
0
Душа и пепел
Душа и пепел
[Любовные романы / Фантастика / Фэнтези]
Фирин, бывшая актриса и нодтакт, должна была сгореть в театре вместе со своим прошлым. Но она выжила. Скрываясь под новой маской театральной деятельницы Торы Дейли, она готовит убийство президента,
0
Аутизм: жизнь в своем ритме. Как справляться с сенсорной перегрузкой и настроить мир под себя
Аутизм: жизнь в своем ритме. Как справляться с сенсорной перегрузкой и настроить мир под себя
[Психология / Медицина / Саморазвитие / Руководства]
«Со мной что-то не так?» Если вы хоть раз задавали себе этот вопрос, потому что устаете от шума, ненавидите лишние разговоры, срезаете бирки с одежды или чувствуете себя лишним на любом мероприятии —
0
Право на обладание
Право на обладание
[Любовные романы / Современные любовные романы / Роман]
Чтобы получить контроль над семейным фондом и спасти репутацию компании после скандала с бывшей невестой, Александру срочно нужен образ «семейного человека». Ему нужна жена. Случайная встреча в его
0
Беовульф. Англосаксонский эпос в пересказе Алексея Ахматова
Беовульф. Англосаксонский эпос в пересказе Алексея Ахматова
[Историческая проза / Приключения / Старинная литература: прочее / Другое]
«Беовульф» – это не только литературный памятник VII века, самый объёмный из дошедших до нас на древнеанглийском языке, но и воистину захватывающая история о приключениях отважного скандинавского
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Аморальные
Аморальные
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
— Костя, я чего это вы детей всё не заводите? Вам обоим уже по сколько лет?! Я застываю. Мать же помирала только что. Причём тут опять дети? К Эмме оборачиваюсь и вижу, что у неё аж глаза
0
Двадцать два несчастья. Том 14
Двадцать два несчастья. Том 14
[Самиздат / Попаданцы]
У Епиходова несчастий — двадцать два подряд, Но враги от этих бед в панике бежат! Фортуна! Лотерея! В жизни как в кино, Но не как в кино… Здесь все предрешено! У Таисии на шоу выдал весь
2
Торн
Торн
[Современные любовные романы]
Кленовый лист
Кленовый лист
[Попаданцы / Книги про волшебников]
Максим умер в тёмном переулке и очнулся в мире культиваторов Дао Цзы, где сила решает всё. Здесь властвуют мастера, культивирующие силу энергии Янь — энергии жизни, которой подчиняется весь мир. Но в
0
Смертельный вызов
Смертельный вызов
[Медицинский триллер / Криминальный детектив]
Весна 1993 года. Молодому фельдшеру скорой помощи Ивану Тупицину не хочется уходить в армию, и его тесть — замначальника РУВД — настоятельно рекомендует зятю перейти на службу… в милицию! Иван
0
Боерожденный
Боерожденный
[Классическое фэнтези]
Бенедикт Сореллин-Ланкастер ещё не успел привыкнуть к своим новым лейтенантским нашивкам, когда его вызвали к самому Копьеарху Копья Альбион для особой (и крайне секретной) цели. Копьеарху нужно,
0
Волшаны. Гнев земли
Волшаны. Гнев земли
[Любовная фантастика / Классическое фэнтези / Героическая фантастика]
Я мечтала получить своего волшана. Мое желание исполнилось, но с тех пор так много всего изменилось! Теперь я – паршивая овца в семье. Родители готовы от меня отвернуться, если не соглашусь
1
Нефритовый пепел твоих желаний
Нефритовый пепел твоих желаний
[Любовная фантастика / Самиздат]
Она — злодейка, у которой было 48 мужей (фиктивных, но всё же). Он — её 49 супруг, воплощение тьмы и тот, кого она должна бояться больше всего. Однако феникс из древнего пророчества уже
0
Омега. Ты родишь мне сына
Омега. Ты родишь мне сына
[Любовная фантастика / Городское фэнтези]
— Я не соглашалась на это! Я не просила! — кричу. Потому что иначе задохнусь. Он стоит у двери. Просто стоит. И всё внутри меня сжимается. Словно воздух в палате больше не мой. — Меня не
0
Ты попала, детка!
Ты попала, детка!
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Вот я и вернулась домой. И, как оказалось, только лишь для того, чтобы потерять всё, что имела раньше, и то, что совершенно неожиданно обрела совсем недавно. Свою «истинную пару». Чересчур
1
Между стенами
Между стенами
[Любовная фантастика]
Не подходи слишком близко к людям. Это правило номер один. Ну, это если ты страдающий эмоциональным запором повелитель фейри. Насколько я понимаю, у вампира лучше получается держать дистанцию, но
0
Плоть и кровь Эймерика
Плоть и кровь Эймерика
[Детективная фантастика / Историческое фэнтези / Ужасы / Классическое фэнтези]
1358 год. Великий инквизитор Николас Эймерик отправляется на юг Франции, в город Кастр, где ходят слухи о странных «масках» – сектантах, которые хотят заразить всех в округе зловещей Красной смертью
1