Особое задание: читать начало книги онлайн

«На святое дело» отдавалось все самое лучшее, прочное и удобное.

Партизаны были беспредельно благодарны своим неизвестным чешским друзьям, каждый день приходившим им на помощь. Без этой помощи мы не могли бы жить и работать.

Первое время, когда нас было всего несколько человек, вопрос о питании не стоял так остро. Значительную часть продуктов для нас добывал через своих знакомых Маклаков и Богуслав Гоудек. Но каждый день в группы Петра Журова, Михаила Волкова и Павла Алехина вливались все новые бойцы. Все эти новички бежали из фашистского плена.

Изголодавшиеся, отощавшие в гитлеровских лагерях, они не жаловались на отсутствие аппетита, и забота о добывании продуктов для всей очень быстро растущей нашей семьи переросла в трудную проблему.

Хлебом нас по-прежнему снабжал Иозеф Смекал. Его пекарня в Высоке Мыто обеспечивала хлебом немецкие воинские части. Смекал добавлял в тесто побольше воды, увеличивал припек и из сэкономленной муки выпекал хлеб «на святое дело» — для партизан.

Но не хлебом единым, даже в буквальном смысле, жив человек. К хлебу нужно было мясо. А где же его взять при карточной системе и в условиях строжайшего учета всего скота и птицы у населения? Выход был найден совсем случайно.

Однажды Ярослав Гашек рассказал, как староста села Тыништко, делая подворный обход, осмотрел двух кабанов, которых откармливал Гашек, сделал в своей книге отметку и приказал Гашеку отвезти одного кабана в Высоке Мыто и сдать на бойню под расписку.

— А вы сдайте кабана нам. Мы тоже дадим расписку, — шутя сказал я, не придав этим словам значения.

Но Гашек воспринял предложение вполне серьезно и охотно пошел на деловую сделку. Уточнив с ним некоторые детали, я написал на клочке бумаги:

«Расписка.

У гражданина Ярослава Гашека была изъята 1 (одна) свинья весом, примерно, 120 кг для обеспечения партизан. Оплата будет произведена после войны.

Крылов».

В тот же день Гашек тайком зарезал свинью. Часть мяса спрятал у брата Франтишека в Замрске, а остальную тушу отвез колбаснику Гоудеку в Хоцень.

На другой день рано утром Гашек побежал к старосте и рассказал, как поздно ночью к нему нагрянули партизаны, забрали и тут же в сарае забили предназначенного для сдачи немцам кабана, тушу увезли в лес, а взамен оставили вот эту расписку.

Перепуганный староста не стал раздувать дело — как-никак немцы далеко, а партизаны могут оказаться совсем рядом и заглянуть к старосте. Случай с лесником Веселы из села Угерско был у всех в памяти. Порядок был соблюден. Для отчета немцам имелся клочок бумаги, для семьи Гашека и партизан — вкусная свинина.

Такую же операцию провели затем крестьяне Штефек из села Ярослав и Ирасек из Добжикова. Забитых свиней тоже переправили к Гоудеку. Туда же были отведены три лошади, захваченные у немцев группой Павла Алехина. Гоудек из конины, приправленной свиным салом, делал вполне приличную колбасу.

…С появлением в отряде врача Бориса Александровича Емельянова у нас наладилось и медицинское обслуживание. Борис Александрович, с удивительными приключениями бежавший из плена, пользовался в отряде всеобщим уважением. Главным мерилом в поведении человека были в то время личная смелость и стойкость. Никакие другие качества не ценились так высоко. Чтобы завоевать среди партизан молчаливое признание и одобрение, надо было прежде всего быть мужественным и находчивым человеком. Борис Александрович, из опасения лишиться возможности принимать участие в проведении диверсий, первое время пытался скрыть свою причастность к медицине, но потом, к его удовольствию, оказалось, что врачу не будет отбоя от предложений пойти на операцию отнюдь не хирургическую. Каждая группа, отправляясь на задание, требовала, чтобы с ними обязательно шел доктор.

— Увереннее себя чувствуешь, когда медицина рядом, — по-своему объяснил это стремление Коля Попов.

Гоудек раздобыл для доктора полный ящик различных медикаментов и необходимый инструментарий. Но многие из этих препаратов, призванных бороться с «мирными» болезнями, доктору так и не приходилось применять Удивительное дело. Ведь все жили в очень тяжелых условиях, спали на снегу, под дождем, питались скудно, всухомятку, пили болотную воду, а больных не было. Организм перестроился на «военный» лад, и такие сугубо «мирные» заболевания, как насморк, грипп, язва желудка, радикулит, были забыты. Все это ко многим пришло значительно позднее, уже после войны.

Конечно, сложных хирургических операций в лесных условиях Борис Александрович делать не мог. В таких случаях приходилось обращаться за помощью в город.

В одной из стычек с немцами был ранен в живот Николай Солодовников — партизан из группы Журова. Ранение было тяжелое. Три пули в нескольких местах пробили кишечник. Раненый часто терял сознание. Через два часа после боя в лесу ветврач Петр Филиппов, вызванный из города Хоцень по телефону нашим связным Томашем Покорны, уже вез Солодовникова в своем автомобиле в город Градец-Кралове.

Укладывая бледного от потери крови Солодовникова на заднее сиденье, мы не надеялись, что Филиппову удастся довести его живым — дорога была не близкой, — но иного выхода не было.

В городской больнице хирург Бердта и старшая медсестра Шулова немедленно сделали раненому операцию и переливание крови Долгие дни и ночи, постоянно рискуя жизнью, так как в больницу часто заглядывали немцы, Шулова самоотверженно дежурила возле больного. Так благородный подвиг чешских патриотов спас Солодовникову жизнь.

Связь со своими осведомителями в районе деятельности группы мы осуществляли через «почтовые ящики». Каждый осведомитель имел свой тайник, куда приносил собранные сведения и там же находил для себя очередные задания.

Ночью Иван Сапко объезжал на велосипеде все «почтовые ящики» и собирал почту. Позднее эту работу выполняли уже три человека, а затем, когда людей у нас в отряде стало много, да и корреспонденция в наш адрес поплыла целым потоком, этим делом занималась группа «почтальонов». Каждый из них обслуживал два-три «почтовых ящика».

До прибытия в этот район нашей группы здесь не было активной партизанской борьбы. Нас, раньше воевавших в украинских партизанских отрядах, удивляло, что железные дороги и даже железнодорожные мосты не охраняются, по улицам городов можно в любое время дня и ночи ходить без специальных пропусков. Но все это было нам на руку.

Поскольку разведывательная работа уже налаживалась, решили значительно увеличить состав группы за счет бежавших из плена. Из приходивших к Степану Маклакову беглецов стали подбирать людей, наиболее подходящих для нашей работы. Остальных направляли в Моравию, где в районе Ческой Тржебовы начал действовать партизанский отряд Виктора Осипова.

Людей в отряд можно было набрать много, но мы не могли пока всех обеспечить оружием. Обратились к подпольщикам с просьбой помочь нам приобрести необходимое на первое время вооружение.

Раздобыла оружие подпольная группа Алексея Штепанека, которая действовала на станции Хоцень. Определяя по сопроводительным документам состав груза из проходящих через станцию эшелонов, железнодорожники выбраковывали нужный вагон как аварийный, требующий немедленного ремонта, выводили из состава и загоняли его в конец станционных путей, в тупик.

Ночью производили «ремонт»: вагон вскрывали, часть оружия из него перетаскивали в небольшой грузовичок, предоставленный для этой цели Гоудеком, и вывозили или в дом Гоудека или в лес.