— Лицемерит, видишь? — спросила ЧК.
— Вижу матушка, вижу.
— Она всегда опаздывает, — тут же ввернул Норт, а Дейла в подтверждение кивнула.
— У тебя красные глаза, — заметил отец, пристально вглядываясь в лицо Василисы. — Наверняка от ветра… И часто ты летаешь?
— Она каждое утро носится над морем, хотя это запрещено! — пожаловалась Дейла. Тем не менее в ее голосе слышалась зависть, ведь только у нее в семье Огневых не было крыльев.
— Ох уж эта зависть, любимая. — обнял Ярис Дейлу.
— Я была очень завистливая! — хмыкнула Дейла. — Но сейчас, я горжусь тем, что есть.
— Мне никто не запрещал, — огрызнулась Василиса. — Я просто тренируюсь.
— Какая наглость, — усмехнулась Елена, постукивая пальцами по своему часовому браслету. — Ты должен отдать ее в какую-нибудь закрытую школу, где царит строгая дисциплина, а за каждый проступок стегают розгами. Она воспитывалась вдали от столицы, ей не хватает изящества. В нашей школе над ней смеяться будут.
— Её бы туда отправить. — хмыкнул Миракл.
— Тогда может научится чему — нибудь. — добавил Ник.
— И поумнеет. — поддакнула Захарра.
— Жаль она русалка. — вздохнула ЧК. — Поставили бы её на место.
Василиса даже не посмотрела в сторону госпожи Мортиновой. Для себя она решила всегда игнорировать подружку отца. Правда, Василиса не ожидала, что придется так скоро с ней встретиться, да еще и завтракать за одним столом. Стараясь унять дрожь в руках и ногах, вызванную скорее неприязнью, чем страхом, девочка села на свое привычное место — напротив камина — и уставилась на песочные часы, окруженные феями.
Воцарилась тяжелая пауза.
— Для полетов над морем нужны защитные очки, — неожиданно произнес Нортон-старший и посмотрел на дочь. — Особенно если хочешь научиться летать быстро… Норт, ведь у тебя есть несколько пар? Отдай одну из них сестре.
Покраснев, брат медленно кивнул, словно его кто-то с силой нагнул за шкирку.
— Не забудь, сегодня же, — строго добавил отец, и мальчишка еще больше скис — понял, что это приказ.
— Ты так строго со своими детьми, Нортон. — цокнула ЧК.
— Ай — ай — яй! — добавил Миракл.
— А как ещё с ними, если они иногда не понимают? — спросил Нортон.
— Нортон, не стоит потакать детям в их прихотях, — сладко пропела Елена. — Им нужна дисциплина. Сначала ты разрешаешь ей летать, а потом она почувствует свободу и будет во всем тебе перечить. Да и позволять носиться неизвестно где, без присмотра… А вдруг убьется? — Последние слова женщина произнесла с затаенной надеждой.
— Во всём ей перечить?! — засмеялась Диара. — Ой, юмористка!
— Я бы её сейчас сама убила… — прошипела Лисса.
— А мне кажется, есть более надежные случаи убиться, не правда ли? — не выдержала Василиса. — Например, попасть во временную петлю с какой-нибудь сумасшедшей.
— Молодец! — произнесли все, а Нортон лишь вздохнул.
У госпожи Мортиновой вытянулось лицо. Ей понадобилось несколько секунд для того, чтобы справиться с собой, но вот ее лицо вновь приняло безмятежный вид. Она даже снисходительно улыбнулась: мол, что дети только не выдумывают.
— Интересно, — неумолимо продолжила Василиса, — наказывают ли за эфер огненного креста? Наверняка наказывают, это же преступление!
Все, кроме Нортона встали со стульев, и похлопали Василисе в ладоши.
— Да ладно! — отмахнулась Василиса.