— Да, и ради того, чтобы самостоятельно выпоялнть задание, — поддакнул Примаро.
— Вот- вот!
— Ох уж эти дисциплины, — цокнул Лешка.
— У тебя какая вещь? — шепнула Василиса Захарре. Сама она решила почасовать над тиккером, хотя ей было страшновато узнать его прошлое. Тем более что раньше медальон молчал…
Захарра почему-то нахмурилась и ответила не сразу:
— Ну… гм… часы.
Она достала из кармашка на платье небольшие серебряные часы на цепочке с гравировкой из завитушек и крохотных роз.
— Они с моего времени, — тихо произнесла она. — Я успела взять только их…
— Что ты имеешь в виду?
— Огнева! — рядом оказался Рок, и Захарра поспешила отойти к другому столику.
— Она скоро Драгоций! — подметил Фэш.
— А тогда была Огневой, — подмигнула Лисса.
— Ну а скоро будет Драгоций!
— Не спорь с моей мамой! — возмутилась Василиса.
— Ой, понял…
— Тиккер — часодейная вещь очень сложного свойства… — сказал Рок, невольно проследив за уходом Захарры. — У тебя не хватит сил вызвать дыхание его Времени. Попробуешь другую личную вещь. Надеюсь, ты догадываешься, о чем я?
Василиса замерла от испуга: на какой-то миг ей показалось, что Рок намекает на кольцо с шестеренками.
Но Рок изумил Василису еще больше: перед ней в воздухе появилась знакомая книга с коваными застежками в виде трилистников — часольбом.
— Ох мааать… — проятнула Дейла.
— Вот это уже жёстко! — добавила Диана.
— Ты тогда испугалась? — спросил Нортон у Василисы.
— Очень, — ответила та.
— С удовольствием прослежу за твоим экспериментом, черноключница, — произнес знакомый сухой голос.
Астрагор подошел к столу, небрежно перелистнул несколько страниц.
— Скажем, вот эта…
Его палец с длинным, отточенным ногтем уперся в часограмму… Нортона-старшего. На фото отец выглядел веселым и молодым точь-в-точь таким, как на мантиссе вечнолампы.
— М- да… — проятнул Огнев.
— Молодым! — засмеялся Миракл.
— Теперь тебя точно признали старым, — победно улыбнулся Лазарев.
— Ой, помолчите вы! — закатил глаза Нортон.