— Так она уже зачасована, — улыбнулся Фэш.
— Что за ерунда у тебя там происходило? — спросил Рок.
— Сам в шоке, брат.
— Да пошел ты!
И это зеркало превратилось в сверкающую кашу из осколков.
Двойник Фэша вдруг захохотал, да так громко, что все оставшиеся зеркала задрожали, завибрировали, словно готовы были расколоться от одного только смеха эррантии.
Не помня себя от ярости, Фэш взлетел на своих черных крыльях и принялся колошматить цепью направо и налево, — во все стороны брызнул бриллиантовый дождь.
Наконец все зеркала в комнате были разбиты. Тяжело дыша, Фэш устало опустился на землю. Гнев улетучился, а вот ощущение, будто он сделал нечто неправильное — не прошло.
Эррантия оценивающе смотрел на него, но не двигался с места.
— Осталось еще одно зеркало, — ехидно произнес он. — Через которое ты вошел… Работенка еще не закончена.
Фэш вяло обернулся к двери. Ну да, как же он не подумал!
— Что такое? — спросила Эсмина.
— Щас узнаешь, о чём я подумал, — ответил Фэш.
— Ладно, я поняла.
Он медленно встал, пошатываясь, и побрел к двери. Надо уничтожить все зеркала, до единого. Все, что показывали его ложное будущее. Тогда эррантия не победит, и Астрагору не достанется его жизнь…
Фэш даже размахнулся, чтобы разбить последнюю преграду — матово-серый овал, как вдруг заметил в нем едва различимую ехидную улыбку двойника.
Его рука с цепью замерла на полпути. Что он делает не так?
Неужели это… ловушка?
Зеркальная гладь вдруг подернулась серебристо-серой дымкой, в глубине закружился небольшой туманный вихрь, все более разраставшийся в объемах, пока не заполнил собой всю поверхность. Но вот он рассеялся, и перед Фэшем предстало странное видение: будто он идет по обычному временному переходу, меж двух рядов высоких, в рост человека, свечей — черных с правой стороны и белых с левой, а навстречу ему кто-то бежит, издалека приветливо махая рукой.
Какая-то девочка в простом белом платье с широким, развевающимся подолом…
Да это же Николь!
— Что?! — удивился Нортон.
— Николь, ты всем что — ли помогаешь? — спросила Эсмина.
— Всем моим знакомым, — пояснила Николь.
— Но я в шкое конечно, — хмыкнул Миракл.
— Мы здесь в шоке, — сказал Маар.
Она подбежала к самому зеркалу, но с той стороны и, коснувшись ладошкой тонкой грани, разделяющей два мира, произнесла тихим, но четким голосом:
— Представь ПРАВИЛЬНОЕ будущее. Но будь осторожен — осталось всего одно зеркало.
Она взглянула на него с укором, развернулась и убежала.
Зеркало вновь стало гладким, отразив внутреннее пространство Серебряной комнаты.