— Эй! Кто там есть? Отвечай! — громко спросил бас.
— Советские граждане. Школьники, — повторил Слава, чуть приподняв голову.
— Ну-ка, Жиров… За мной!
Послышались шаги. На секунду вспыхнул свет карманного фонаря и ослепил ребят. Фонарь тут же погас. Мальчики увидели перед собой двух красноармейцев.
— Кто такие? Как сюда попали? — спросил один из них басом.
Мальчики встали. Миша совсем растерялся и молчал. А Слава поправил кепку и заявил решительным тоном:
— Мы… Нам к командиру нужно.
— К какому командиру? По какому вопросу?
— Добровольцами хотим поступить.
— Жиров, слышишь? — сказал бас товарищу. Затем обратился к ребятам: — Та-ак! А родители ваши где?
— Уехали. Эвакуировались они.
— А вы как же?
— А мы остались.
— Утекли?
— Вовсе не утекли, — соврал Слава. — Просто нас отпустили, и всё.
— Воевать отпустили?
— Ну да.
Красноармейцы захохотали.
— Во, Жиров, дело-то! Как же теперь быть?
— Дежурному нужно доложить, товарищ сержант.
— Дежурному? Гм! Верно! Пошли к дежурному. Пусть разбирается… Ну, вояки, идем!
Они повели мальчиков лесом, изредка на секунду освещая фонариком путь, и вскоре остановились около узкой темной щели в земле.
— Обождите здесь.
Сержант спустился в щель по деревянным ступенькам. Через несколько минут его голос послышался откуда-то слева:
— Жиров! Давай их прямо к лейтенанту.
Ребята с помощью Жирова спустились в щель и пошли по ней, задевая плечами глиняные стенки.
— Слава! Правда, совсем как в настоящих окопах? Да? — прошептал Миша.
Щель вела под невысокий земляной бугор. Стало совсем темно. Но вот Жиров открыл какую-то дверцу, и все трое очутились в светлой землянке, обшитой досками. Ее освещала электрическая лампочка.
В землянке находилось двое военных. Один, в командирской шинели, с противогазом и полевой кожаной сумкой, стоял, прислонившись к стене. Другой, смуглый, курчавый, с черными усиками, с папиросой в зубах, сидел за маленьким столиком. На петлицах у обоих военных ребята заметили по два квадратика.
Военный с усиками поднялся.