Джимми кивает.
— Да. Есть «Мистер Бабл». Подойдет?
Конечно, подойдёт, но это немного... ну, это восхитительно. Я думала, что с пеной он сталкивался только при мытье тела с каким-нибудь мужским гелем для душа.
— Что ты делаешь с мистером Баблом?
— Иногда здесь останавливается моя племянница. Она его фанат. Это странно, что у меня есть «Мистер Бабл»? Или что мы собираемся использовать «Мистера Бабла»?
Я не привередлива, но считаю себя знатоком пены для ванны. И, по моему опыту, у «Мистера Бабла» не самые лучшие пузыри.
— Думаю, все будет хорошо, — говорю я с улыбкой.
— Фантастика, — говорит Джимми и уносит меня в ванную, заключая в свои объятия, где, как оказалось, мне очень нравится быть.
***
Главная ванная комната аккуратная и организованная. На стойке располагаются бутылка одеколона, зубная щетка и лосьон для чувствительной кожи.
Пока Джимми проверяет воду, я заглядываю в бельевой шкаф. Всё аккуратно сложено, и в корзине на полу лежит около дюжины рулонов туалетной бумаги Costco. На обратной стороне двери на крючке висит халат для маленькой девочки, розовый с вышитыми пингвинами.
— Сколько лет твоей племяннице? — спрашиваю я его.
Джимми поворачивается ко мне лицом, всё ещё держа руку в воде. Его улыбка такая тёплая и счастливая, что я сразу понимаю, как сильно он её обожает.
— Ей три года. Её зовут Энни. Она самый милый человек на планете.
Он открывает шкафчик под раковиной и достает очень большую бутылку «Мистера Бабла». Еще в шкафчике стоит розовая пластиковая корзина, в которой я замечаю резиновую уточку, осьминога с мотором и большой пушистый шарик ярко-фиолетового цвета.
— А у тебя нет детей? — спрашиваю я.
Я задала этот вопрос не из-за страха, а потому что это кажется естественным. Я легко могу представить его в роли папы.
Джимми смотрит мне прямо в глаза и протягивает руку.
— Еще нет. А у тебя?
Я качаю головой и наблюдаю за наполнением ванны.
— Я еще не определилась.
Джимми фыркает от смеха.
— Я знаю. Не думаю, что я был бы так близок с Энни, если бы мой брат не был таким дерьмом, — в его голосе слышится рычание. — Но я рад, что мы близки. Она — настоящее сокровище.
Джимми выливает в ванну приличное количество «Мистера Бабла», отчего звук воды, падающей в ванну, меняется на мягкую пенистую тишину.
После он чего сразу говорит:
— Так, ты идёшь первой.
Я смотрю на ванну. Она не наполнена даже на четверть. Покрытая пеной, но всё же, едва заполненная. Я озадаченно смотрю на него.
— Я за сохранение воды, но…
Джимми улыбается.
— Я большой парень и затапливал эту ванную столько раз, что стыдно признаться. Всегда можно добавить ещё воды, но лучше начать с меньшего объёма. Мне, может, и принадлежит это здание, но затопление — настоящая проблема. После тебя, — он протягивает мне руки, словно помогает выйти из кареты.