Рика задумалась. Она еще не привыкла чувствовать себя бессмертной, ведь ей было всего девятнадцать лет. Все дети мечтают стать взрослыми, а взрослые мечтают стать молодыми. Каждый день, глядя в зеркало, люди замечают, как их лицо стареет. Каждый день делать привычную работу становится все тяжелее, ведь силы постепенно покидают тело. Каждый человек мечтает заполучить бессмертие, а многие бессмертные мечтают отдохнуть от жизни. Цветок, пробивающийся наружу из земли, набирает силу, наливается соком и радует окружающих. Но недолго. Уже через несколько дней он начинает увядать, затем сохнуть. Цветок погибает. Но он оставляет после себя маленькое семя. Семя падает в землю, чтобы из него вырос новый цветок. Круг жизни, которому подчиняется все живое. Все, кроме эльфов. Рика думала об этом. За что эльфы получили дар вечной жизни? Или это вовсе не дар, а их проклятие? Ответов нет.
– Раньше все было правильно, – грустно она сказала Зарине. – Эльфы должны жить с эльфами в своей земле, а тромы – в своей. С самого начала все было ошибкой.
– Даже в любой ошибке надо искать что-то хорошее. Не пришли бы тогда эльфы, не было бы сейчас людей. Да, они несовершенны, они слабы, но взгляни на них, – Зарина указала на Терека, – он юн, но очень смел, он любит брата и идет за ним, невзирая на все опасности и трудности. У людей эльфам есть чему поучиться. Люди, как и тромы, стараются ценить каждый прожитый ими день, как последний. Они знают, что другого шанса у них не будет. Ради них все тогда и произошло. А в том, что случилось с тромами, глупо винить всех эльфов. Как бы мы ни выглядели, сколько бы мы ни жили, сердца наши у всех одинаковые. Гнилое, злое сердце может быть, как у эльфа, так у трома или у человека. Главное, чтобы тот, у кого такое сердце, не стоял во главе других, как Корон.
Река, вдоль которой шли путники, значительно ускорилась.
– Стойте! – скомандовал Дарет, ехавший впереди всех. – Отойдите назад, впереди обрыв.
Он слез с седла, отвел единорога дальше, а сам подошел к краю. Лес разделяла пропасть огромной глубины, куда спадала водопадом река.
– Упав вниз, любой из нас разобьется об воду или об дно, – сказал Дугир, который, прихрамывая, подошел к Дарету. – Ты думаешь, нам надо на ту сторону?
– Целью Корона было сделать место заточения тромов неприступным. Да, я думаю, что они на той стороне, – ответил Дарет. – Смотри, – сказал он и показал пальцем в правую сторону. Вдали над пропастью виднелось что-то, издали напоминающее мост. – Едем туда.
Все снова сели верхом и проехали немного вдоль обрыва. Подъехав, они увидели, что края земли соединял огромный ствол дерева. Сгнившие и высохшие ветви, которые некогда были пышной кроной, лежали у ног Дарета.
– Корни дерева на той стороне обрыва, – заметил он, – значит тот, кто его повалил, шел с того берега.
– Ты думаешь, это был он? – спросил охотник.
– Дерево прогнило, оно лежит давно. Да, я думаю именно мой отец по нему и перебрался сюда. Значит, мы на правильном пути.
– Брат, по нему опасно идти, – сказал Терек.
– А кто сказал, что мы по нему пойдем? – ухмыльнулся Дарет. – За нами целый лес, деревья повсюду.
– У меня есть с собой топор, но нам придется несколько дней работать, чтобы им срубить дерево нужной высоты и такой ширины, чтобы пройти самим и провести по нему лошадей, – скептически сказал Дугир.
– Смог он, смогу и я, – уверенно заявил Дарет. – К тому же, у меня есть ты. Идем.
Дарет попросил Терека увести Зарину, Рику и лошадей как можно дальше от края. Он выбрал самое высокое дерево с необъятным стволом, какое ближе всех росло к обрыву. Никогда прежде он не встречал таких высоких деревьев, он даже не знал, как они называются.
– Помоги мне, – попросил он Дугира. – Я знаю, что ты сейчас не в лучшей своей форме, но помоги мне выкорчевать его. Объединим силы трома и эльфа, – и Дарет протянул руку охотнику.
– Почту за честь, – ответил Дугир и пожал ему руку.
Эльф протянул руки в сторону дерева и сказал Дарету:
– Отвернись.
Когда тот отвернулся, от дерева во все стороны полетела земля. Дугир, весь ею усыпанный, стоял столько, сколько смог выдержать. Корни дерева постепенно оголялись. Наконец, он резко опустил руки и упал на колени.
– Ты как? – подбежал к нему Дарет.
– С одной стороны, я чувствую усталость в теле, но с другой стороны – огромный прилив бодрости от того, что я еще могу! – довольно ответил эльф.
Дарет помог ему очиститься от земли, затем повернулся к дереву. Вокруг ствола была яма глубиной в человеческий рост, а грязным толстым корням не было видно конца.
– Теперь моя очередь, – сказал Дарет. Ногами он уперся в стену ямы, а руками навалился на дерево. Всем своим телом он давил на ствол, ноги проседали в почву, но дерево понемногу поддавалось. С третьей попытки Дарет услышал, что внизу что-то хрустнуло, и дерево начало стремительно наклоняться в сторону обрыва. Он понял, что корни, удерживающие дерево на большой глубине в земле, попросту треснули. Дарет из последних сил надавил на дерево, и оно начало падать. Дугир, который все это время сидя наблюдал за Даретом, встал и завороженно смотрел на падающее дерево, шепча:
– Хоть бы хватило высоты…
Дерево рухнуло, и от удара об противоположный край земли разлетелась часть листвы с кроны.
– Да! – одновременно выкрикнули они. Дугир подошел к Дарету, помогу ему выбраться из ямы, обнял его и сказал:
– Сынок, ты смог! Я же говорил, в твоих руках сила, о которой ты еще и не знаешь!
Конец ознакомительного фрагмента.